— Я не буду! Хватит! — Будешь, — Чонгук снова склоняется над ним и пальцами сжимает щеки, говорит прямо в губы: — Будешь, потому что хочешь, да? С тобой точно нужно погрубее, ведь такую сучку нужно наказать. Тэхён выдыхает, распахнув губы, и словно ждет, что его поцелуют. Но Чонгук лишь пренебрежительно фыркает ему в губы и щурит хитрые глаза, а у Тэхёна пах скручивает туго и томно, потому что да, блять, он точно хочет именно так.

Тэхён, недавно вернувшийся из Португалии, и Чонгук, поймавший кинк на его голос, акцент и жаркие фразы на иностранном языке, что шепчет Ким, пока Чон, становясь с ним единым целым, прижимает его щекой к прохладному запотевшему окну.

— Какого хуя ты сначала прислал мне это? — Тэхен потыкал ему телефоном в нос. Да, с голенькой фотографией Чонгука. Он, между прочим, очень старался — сделал штук 100 снимков, потом долго выбирал. Остановился на той, на которой он был повернут к камере боком, перекинув ногу через подушку. На фотографии отчетливо виднелась дырочка, блестящая от смазки и его смущенное лицо. — А потом написал это! — взвизгнул Тэхен, читая сообщение «Прости хен, это не тебе».

au, где мемберы начинают подкалывать Чонгука насчет того, что он становится всё более и более сексуальным. и всё это продолжается до тех пор, пока однажды кое-кто не шепчет: "задуши меня своими бедрами, папочка", и все зависают, а Чонгук просто ухмыляется.

AU! Чон Чонгук - влиятельный, властный и до неприличия богатый. В его жизни немало трудностей в работе, но все они начинают казаться мужчине пустяком ровно в тот момент, когда его сын приводит в дом своего нового друга - Ким Тэхёна, что становится его самой главной проблемой. Проблемой, которую можно разрешить лишь одним способом.

— Я хотел не так. Голос предательски тихий, дрожащий и Чонгук ужасается, понимая, как жалко смотрится со стороны. Беспомощный, возбуждённый и такой нуждающийся. Он хочет прикосновений мужчины, чтобы грубо, чтобы его властный тон подчинял, а его большие ладони держали крепко, клеймя своими отпечатками. Нет, он хотел именно так. Он любит именно так.

— Послушай сюда, мелкий засранец, — шипит Тэхён, прижав собеседника к стене аудитории и крепко сдавив его шею длинными пальцами, — если ты однажды увидел меня в чёртовом гей-клубе, это не даёт тебе права так себя вести. — Ещё как даёт, сонсэнним! — Чонгук сверкает глазами и нагло ухмыляется. — Вы отныне — мой самый любимый преподаватель, а с любимыми я веду себя именно так.

AU, где Гук — официант, а Тэ — его постоянный клиент.

— И поэтому ты пытаешься его соблазнить, — зная тактику, кивает Юнги. — Я сегодня даже трусы снял до кучи, — снова раненной чайкой стонет он. — Трусы, Юнги! На мой зад в универе половина студентов залипала, а ему похер. Поясничку мне помял, лопаточками моими похрустел, шею вправил и всё, говорит, до встречи, рассчитаетесь на ресепшене. Говнюк… Но такой красивый!

— Тэхён, да лучше уж ты меня выебешь, чем анатомия. Отдай, пожалуйста, учебник. Главная заноза, а точнее целое бревно в одном месте по имени Ким Тэхён заинтересованно смотрел на Чонгука, готового, кажется, на всё ради хорошей успеваемости и звания лучшего.

Чимин бы не обратил внимание на новое уведомление, если бы оно не отличалось от остальных. Обычные оповещения приходили на сером фоне с белыми буквами, это же было черным в золотой рамочке с золотыми буквами. VIP Tiger V хочет поиграть с Персик Мяу

Уведомления всплывают на экране одно за другим. Суён: «Мой отец улетает в Дубай, приезжай» Мистер Чон: «Я улетаю в Дубай, поедешь со мной?» Тэхён не задумываясь открывает нужный диалог.

Он поддался сему безумию, осознанно впуская в свою жизнь хаос.

— Я люблю тебя, хён. — Я знаю, Гук-и.

— Вытряс бы, да? — Чонгук толкнулся языком в щеку, вызывающе глядя на Тэхёна. — А может, вытрахаешь, м? Как насчет того, чтобы нагнуть меня прямо на этом капоте, — качнув головой в сторону черного внедорожника, на котором Тэхён за ним приехал. — Хватит силенок оттрахать меня как следует, а? Так, чтобы я хныкал и клялся, что стану послушным мальчиком? Или любовник из тебя такой же посредственный, как и телохранитель?

Чонгуку приходит сообщение на телефон, которое он открывает без задней мысли, потому что не ожидает там увидеть задницу своего студента и подпись: «Ваш студент крайне плохо себя ведёт, профессор Чон. Накажете меня?»

Два раза в неделю, восемь раз в месяц, сто четыре раза за год — приблизительно сто десять встреч с Чон Чонгуком, включая парочку незапланированных. «Это не станет проблемой», — убеждал себя Тэхён. Какие-то сто десять встреч! Он сможет. Он ведь сможет, да?..

Быть влюблённым в отца лучшего друга — неправильно. Прятаться за закрытыми дверьми, скрывать ваши отношения от близких и с каждым днём всё с большей ненавистью ловить взглядом обручальное кольцо на его безымянном пальце — тоже неправильно. Тэхён знает, что должен сделать: собрать вещи, покинуть дом Алигьери, забыть. Но Чонгук говорит: «Иди ко мне». И Тэхён идёт.

Тэхён до сих пор не понимает почему именно в этот момент он окончательно потерялся? Почему вместо того, чтобы произнести заученную реплику, он молча уткнулся носом в мокрую шею Чонгука, наслаждаясь его запахом? Почему его губы с необъяснимым благоговением коснулись чувствительной точки за ухом и чуть не произнесли вслух то, что упрямо билось у него в висках — «мой»?