— если он парень твоей мечты, скажи ему. скажи это слово на букву «л». — лесбиянка? — под общий смех друзей, шутить было не так тяжело. — ты кретин, чонгук. я тебе это, кажется, уже говорил?

Кто бы мог подумать, что обычное путешествие по горной реке в большой компании, превратится в крайне запутанную, опасную, но романтическую историю. Уж точно Чонгук этого не ожидал, когда спасал из реки незнакомого парня.

Иногда сам Дьявол милосерднее людей.

— Люблю тебя, — Чонгук произнёс это еле слышно. Кончиками пальцев он нежно провел по шее Тэхёна, спускаясь ниже. Тот вздрогнул от щекотки и замер, неотрывно следя, как Гук начал вырисовывать горизонтальную восьмёрку на уровне его сердца: — Что… что ты делаешь? — Бесконечно… — пояснил Чонгук, и Тэхён услышал улыбку в его голосе. — Люблю тебя бесконечно...

Чонгук чувствовал, как Тэхен скрывает свою боль, и знал, что он уже давно потерял веру в то, что может быть счастлив. Но это лишь разжигало в нем желание. Он видел в этом вызов — непреодолимую преграду, которую он был готов преодолеть.

В Аль-Шаире, где омеги — тени под гнётом альф, Джин прячет мечты о свободе за прорезью никаба. Его глаза — единственное, что выдаёт жизнь в этом аду из песка и боли. Но всё меняется, когда в его мире появляется альфа из далёкой Кореи, где омеги дышат свободно.

Люди не видели русалок больше трёх сотен лет. Волшебные существа давно превратились в легенды. И никто в мире не знал, что среди беспощадных песков Кхалии и свирепого солнца томилось дитя океана, скованное цепями уже девятнадцать лет. Император держал русала, как занятную вещицу, и называл своим сокровищем. Однажды он решил преподнести его как свадебный подарок для своей невесты. Путь до чужого королевства далёк и опасен. Но император был спокоен, ведь вверил своё сокровище генералу Чону.

Чонгук знал, что Тэхён не захочет вернуться, Тэхён знал, что не сможет.

Автобус, дребезжащий как старая кофеварка на последнем издыхании, выплюнул Ким Тэхена на мокрый асфальт автовокзала ровно в пять часов вечера. Дождь моросил с таким упорством, будто поставил перед собой цель смыть с Тэхена всю его сеульскую лощёность, оставив лишь то, что было внутри – вымотанного, разочарованного омегу с чемоданом, полным разбитых надежд, и с остатками чувства собственного достоинства, которые тоже порядком поистрепались за последние полгода.

Стоило Чонгуку решить, что он переболел бывшим партнёром, как сука-судьба обратно швыряет ему Тэхёна — мужчину, пользоваться которым без инструкции категорически запрещено.

У Чонгука было лишь одно желание: сбежать из родного дома, который стал для него сущим адом. И всё бы ничего, если бы на горизонте не замаячил Ким Тэхён — отец одного из его проблемных учеников, который с первой же встречи у директора начал проявлять к омеге отнюдь не невинный интерес.

Тэхёну диабет первого типа диагностировали в семь лет. И тогда его жизнь поменялась кардинально.

В саду, где пела тишина и дрожали листья под солнцем, Тэхен не подозревал, что незначительная просьба второго принца Айдана обернётся пламенем, что охватит целые империи. Любовь и ненависть, власть и предательство, жизнь и смерть, — всё это родилось из одной встречи в тени цветущего сада. «Его сад полон чёрных роз, но только две цветут кровью.»

История о том, как Намджун отчаянно пытается найти няню, с которой его дети могли бы поладить, и в итоге предлагает эту работу красивому, плачущему омеге, с которым его трое детей подружились в парке. Но альфа не знает, что жизнь непредсказуема, а любовь и счастье приходят, когда их меньше всего ждёшь.♡

— От тебя воняет болью.

We don't wanna be classy Try to be good but we too damn nasty

Их история не попала в книги про оборотней. Но если бы и попала, в ней было бы всего две строчки: «СИГХЕ — это не навсегда. Иногда — это путь к дому, к тому, кто ждет, сам того не зная»

Как оказывается каждое правило имеет исключение, и каждая неприкасаемость имеет свои границы: где она начинается и на каком моменте она заканчивается.

История о том, как Тэхен ушел за хлебом и не вернулся.

— Тогда скажи мне, — делает ещё полшага вперёд. — Поцелуи… — взгляд намеренно медленно ползёт по лицу, — это тоже часть ритуала? — Экспромт, — а внутри впервые так легко и как будто можно не прятаться. Омега чувствует, что гормоны на него больше не влияют, он разговаривает с этим альфой, потому что сам хочет, а не как с Сухо, чтобы сбежать от реальности. — Сходи со мной на свидание, — предлагает альфа. — Часть ритуала? — возвращает Ким тот же вопрос. — Экспромт...