Ничего особенного внутри нет, только короткое и нейтральное «Когда вернёшься?» Вадик приподнимает брови - обычно его босс не интересуется ни временем, ни обстоятельствами его возвращения, даже несмотря на то, что они периодически спят: Алтан сразу предупредил, чтобы никаких разговоров о любви и верности. Как будто Дракон собирался. «Не знаю, зависит от того, как наш друг разговорится. Что-то случилось?» «Да так. Кажется, купил рубашку не по размеру. Велика»

– Ты правда собрался... себе дрочить? – Стоило меня отвлекать, чтобы задать глупый вопрос?

Он не знает, когда все это началось, но предполагает, что с Алтаном иначе вообще нельзя — у него сдвиг по фазе и комплекс власти, и для него доверять кому-то — фантастика, в постели тем более. Он совсем не умеет передавать контроль, и что-то Дракону подсказывает, что такому экземпляру, как Алтан, порадовался бы любой специалист из области психиатрии — слава богу, что у Дракона нет медицинского образования и психоаналитика ему так же близка и понятна, как теория о темной материи.

«Не хочу останавливаться», — прошептал он на ухо Алтану и втянул в рот мочку. Давление на грудь стало ощутимее, но он не придал этому значения, продолжая мокро зацеловывать его шею, пока Алтан не толкнул его сильнее и щёку вдруг не обожгло звонким ударом ладони. Вадим замер и в этот момент понял, что немного заигрался.

Вадим далеко не альтруист, но помочь Алтану пережить течку совсем не против.

В личную комнату Алтана никто не суется без предварительного приглашения. Кроме Дракона.

Какой же Алтан все-таки влюбленный дурак, думается Дракону. И какой глупый он сам, раз влез в это, давая ребенку надежду на что-то большее.

«Не бойся, мы не сделаем тебе больно». Лучше бы сделали, думает Алтан. Лучше бы с самого начала было понятно, чего от них ждать. Пост-чд8, проигравшего в драке Алтана похищают сероволки

Как бы Алтан ни пытался себя убедить, что ему совершенно плевать на вынужденную разлуку с Вадимом, моментами все равно крыло. Хотелось, чтобы Вадим оказался рядом, собственнически шарил руками под одеждой, говорил пошлости, заставлял краснеть и вынуждал умолять трахнуть.

Наплевав на все рамки и нормы, Алтан ждёт Вадима у самых ворот. Практически голый, на нём разве что пижама, состоящая из спортивных штанов и домашней футболки, а Петербург в октябре погодой не радует, от чего Дагбаев мелко дрожит от мерно капающего дождя и продувающего ветра. Дракон приезжает через десять минут, и Алтан, даже не дождавшись пока он выйдет из машины, тащит его наверх - к себе.

Вадим не затыкается даже в постели. Особенно в постели.

В шатре было душно, пахло травами. Алтан, отяжелевший от бремени и злой, как демон, запустил в нерасторопную служанку пустым кувшином. - Пошла прочь! Дракон хмыкнул только, подходя ближе. Его зазнобушка изволил гневаться. Пускай. Лишь бы снова на коня не лез.