Иногда, когда ты быстро идешь к своей цели, не замечаешь опасностей, которые могут подбить тебя. Но что делать если ты потерял не только цель, но и смысл жизни? Можно ли обрести его вновь? Но что если, надежды уже не осталось, может быть Йеджи просто стоит опустить руки?

Кому нужны пересдачи на сессии? Да в целом - никому. Вот и Рюджин, переступая через себя, решает, что лучше выполнить задание, чем потом мучиться с долгами по учебе. Только вот, никто не предупреждал ее, что задание по психологии закончится для нее не только оценкой.

Йеджи переезжает в маленький городок возле леса, прямо посреди учебного года. Мало того, что её не принимают в школе, напоминая о том, что она городская, так ещё и своих проблем валом. Спасает лишь Черныш - её верный пес. Только вот, разве собаки бывают таких внушительных размеров..?

Тучи в Сеуле сгущаются с каждым новым убийством. Люди умирают от странных симптомов, и многие поговаривают, что всему виной призраки из старых легенд. Но Рюджин не верит в это, а потому берется за дело, решив докопаться до истины. Кто же знал, что эта череда смертей, повлечет за собой такие события...

Парк Досан был для неё больше, чем общественное достояние Сеула. Здесь она разделила разные этапы своей жизни бок о бок с молчаливым лесом. Прошлой зимой Хван дала себе обещание - приходить сюда каждый день после события перевернувшего её жизнь.

Рюджин всегда жила во тьме, а Йеджи привыкла сиять. Их встреча была случайностью, но с каждым шагом незримая нить между ними становилась всё прочнее. В прикосновениях — тепло, в голосах — оттенки эмоций, в молчании — больше, чем во всех словах мира. Иногда свет не нужно видеть, чтобы почувствовать.

Всё началось со скрипа массивной двери в холле и тихих шагов. Обычно новички были немного напуганы. Прижимая к груди рюкзаки, спортивные сумки, набитые вещами, брендовые пакеты и прочее, они с дрожащими коленями входили в гостиную частной школы святого Бернардино и опускали глаза, лишь бы не столкнуться со взглядами других учеников. Но с этой девушкой всё сразу пошло не по плану. AU про азартные игры, тайны и партнёрство во всех отношениях.

Больше половины индустрии уже как зомби - не могут отказаться от этих веществ, ведь ничего такого не будет если она один-два раза покурит травку. Не нюхает же ничего, пока что.

Рюджин дернула ручку двери. Дверь открылась. Она вывалилась из кокона Veneno, не чувствуя под ногами земли. Ее подошвы кроссовок споткнулась о неровность асфальта. Она не обратила внимания. Ее ледяное лицо было искажено не гневом, а чем-то диким, первобытным – страхом? Паникой? Она забыла о королевской осанке, о власти, о миллионах на кону. Забыла обо всем. — Йеджи! – ее крик, хриплый, не свойственный, разорвал гул толпы. Она побежала. Не пошла – побежала к перевернутой машине. К черному дыму.

В ту ночь, когда граница миров становилась наиболее тонкой. Словно легкая ткань, что сейчас едва ли скрывала юные девичьи тела, на этот свет выползали различные нечистые. Задор в деревушке, громкий смех и гул. Льющаяся рекой медовуха, которой наполняются резные кружки. Трещащий костер, над которым прямо сейчас прыгают молодые пары, крепко держась за руки. Выходя к реке, начинают пускать венки. Суженых привлекают, да судьбу смотрят. Вот только, венок, что сплетает Йеджи - тонет.

Рюджин всегда любила издалека, пока одно касание не показало ей будущее: три года счастья и потом день, когда Йеджи уйдет. Теперь у нее есть 1095 дней, чтобы обмануть судьбу.

Их «война» больше напоминала странный флирт, и обеих это устраивало. Но когда Йеджи временно теряет зрение, правила меняются. Теперь Рюджин придется стать ее глазами и сиделкой для кота.

Нет, Хван ни в коем случае не паникер. Разве самую малость. Просто когда она во время отпуска от учебы и работы, предложила компании из шести человек куда-то поехать, то предполагала менее рисковые занятия. Кемпинг, отдых на пляже, даже пивные вечера в кафе... Все одно лучше, чем эта брошюрка в руке с красочным названием «спелеотуризм».

Омега, которая ненавидит Альф. Альфа, которая ненавидит молоко. Их встреча должна была стать обычной деловой формальностью — но Рюджин даже не взглянула на Йеджи. Это «даже не взглянула» превратилось в одержимость. Йеджи начала собирать её фотографии, следить за каждым шагом, шептать её имя по ночам. Она думала, что одинока в своём безумии. Но у Рюджин были свои секреты. И своя коллекция фотографий

Она целовала изгиб за изгибом, спускаясь всё ниже, но каждый раз, когда её дыхание обжигало кожу на шее, там, где под поверхностью чувствовалась железа — источник запаха, средоточие уязвимости, — она мягко, но осознанно сворачивала в сторону. От Йеджи пахло мёдом и тёплой ванилью — тягуче, сладко, до спазма в горле. А от самой Рюджин — хвоей и морозной корой. Эти запахи сталкивались, путались, манили. Но Рюджин обходила это место.

В мире где людей, которые были интимно близки друг с другом, Йеджи была воплощением кошмара. Над её головой, словно злобный символ, должно было быть куча красных линий. Вот только, почему то, каждая из них бесследно исчезала.

Рюджин приезжает на Чеджу всего на три дня, чтобы отработать роль подруги невесты на свадьбе Лии и Юны, пережить присутствие бывшей и уехать обратно в свою спокойную жизнь. Но что-то идет не так, и свадебный день начинает повторяться, заставляя ее снова и снова проживать один день.