Хэнк настолько сильно волнуется перед первым свиданием с девочкой из параллели, что просит Кису научить его целоваться.

– Ну показывай, Джоконда, – сказал Хэнк, немного сбитый с толку. Молчащий Киса – это было что-то из разряда фантастики. – Тебя подменили инопланетяне? Ты заболел? – он даже потянулся потрогать кисин лоб, но тот закатил глаза и отпихнул руку. Киса утащил его на кровать, сел напротив и, вскинув подбородок гордо, высунул язык. Посередине красовался небольшой металлический шарик.

У Кисы длинные загребущие ручищи. С тонкими проворными пальцами, от которых Хенк с трудом может взгляд отвести. Едва ли у него получается не смотреть на преступно красивые костяшки, гладкую бледную кожу и очаровательную татуировку между большим и указательным пальцами. Все это слишком. Киса же этими самыми руками постоянно лезет под одежду к Хенку. И проблем бы у самого Хенка с этим не было, если бы они не были холодными. Обжигающе холодными.

— Как? Как ты можешь любить меня? Я буквально избил тебя ни за что — говорит Кислов, а Хэнк лишь садится, шипя от боли и смотрит так нежно, что сердце Кисы на миг останавливается — Как видишь, могу. Я тебя, дурака, любого люблю. И бьющего мне ебало, и обкуренного, и трезвого, и грустного, и весёлого, любого.

Киса больше не заезжает за ним с утра и не отвозит домой. Они не курят вместе, не ходят на пляж и вечеринки. Жизнь как будто останавливается, ничего не радует. Он пытается забыться в Рите, потом и в Маше, дальше не запоминает имён. Отвлечься помогают колёса и алкоголь. Он обещал маме, да, но Киса без этого больше не вывозит. Раньше его мог остановить Хэнк, но Хэнка с ним больше нет, он сам об этом позаботился.

— хочу тебя в кровать к себе — сейчас

Киса умирает. Задыхается неделями, давясь сраными полевыми цветами, выкашливает по первости мягкие спящие бутоны и узкие листочки и смеётся, что въебался в лучшего друга, как маленькая девочка.

— Я сплю. — Неужели? — Отвечаю! — Ваня заливается негромким смехом.

Соулмейт!AU, в которой Хэнк терпеливо ждёт встречи с родственной душой, уверенный, что ему досталась маленькая жадная шлюха (и не то чтобы это не было похоже на правду), а Киса думает, что если не целовать всех направо и налево, то никогда и не узнаешь, кто твой предначертанный (отчасти, так и есть).

Если бы взрослая жизнь полностью состояла из этого, было бы куда проще. И если бы Хэнк смотрел на него, трезвого и спокойного, так же влюбленно, как когда Киса несет очередной несвязный бред под дурью.

Хэнк не знает как дошло до того, что он стоит на коленях и выжидающе смотрит на Кису. Хотя нет он определённо знает, ведь Киса обдолбан не меньше.

1×4 // - Мы вместе должны держаться, - Гена оглядывает обоих, - друг за друга, а вы из-за какой-то херни поубивать готовы. Короче, блять, посидите подумайте. // Примирение Кисы и Хэнка после дуэли.