Исаги просто сдается в его руки. Все равно вечно бегать друг от друга они бы не смогли.

Как бы Исаги Йоичи не ненавидел шутки про себя и Кайзера, не мог отрицать того, что между ними действительно было какое-то... Напряжение. И алкоголь в крови поможет это напряжение наконец-то снять.

Кайзер задавался вопросом, почему никто не говорит о том, как меняется Йоичи на поле и за его пределами. Удивительно, что никто не заметил этого в последнем матче.

Если бы не Кайзер, его неоднозначные касания и двусмысленные ухмылки в матче с Италией, Итоши, обычно спокойный и старающийся казаться отчужденным, не завелся бы с пол-оборота, не ворвался бы в раздевалку немецкой команды, не ввалился бы в незапертую душевую кабинку. И не трахнул бы Йоичи до трясущихся коленей и сорванного голоса, неистово и дико, словно в последний раз, словно вероятность еще раз знойно отыметь Исаги с сегодняшнего дня устремится к нулю.

Кайзер болтает по телефону, пока Йоичи так отчаянно стонет под ним.

– Только мой, – почти рычит немец, пальцами невесомо касаясь почти заживших засосов и укусов на чужом теле. Насладившись прекрасным зрелищем, Кайзер склоняется над лицом Исаги, почти поглощая того своим плотоядным взглядом безумца, – Исаги Йоичи, ты только мой. Запомни это раз и навсегда.

Ноа решил поселить Кайзера и Исаги в одну комнату в надежде на то, что они смогут поладить друг с другом вне поля.

Можете не пугаться количества страниц — в одной главе зачастую несколько разных зарисовок на одну тему.

Кайзера не должны волновать ни чертов Итоши Рин, ни чертов Исаги Йоичи, ни чертовы его отношения, ни чертова его собственная ревность. Он находится на вершине этого чертова мира. Ему никто не нужен.

Между Итоши Рином и Исаги Йоичи ходят слухи о свиданиях, которые не понравились самому Михаэлю Кайзеру, реальному бойфренду Исаги Йоичи. АКА: Кайзер устраивает хаос в Интернете только потому, что ревнует

Да какая к черту разница? Они вдвоем упали в этот омут с головой и выбираться из него не собираются.

Прикосновения для многих значат обыденность, а для других признак близости и симпатии.

Свет фар прорезал ночную темноту, напоминая об опасности, которая не всегда видна. В тот вечер Исаги был уверен в одном: всё, что было между ним и Рином, было частью игры. Игры, в которой ставки всегда были высоки. Но никто не предупредил его, что в одну секунду эта игра может закончиться не свистком судьи, а чем-то гораздо страшнее — тишиной и больничными стенами.

Бачира многозначительно откашливается. - О-о-окей. Рин следующий. Правда или действие? Рин, не желавший уступать брату, быстро ответил: - Действие. - Семь минут в раю с Исаги. Если не хотите целоваться, то можете поиграть в ”семь минут в аду", - предложил Бачира, который, похоже, уже слишком увлёкся этой идеей. - И просто избить друг друга. - Шкаф вон там, - указал Саэ. - Если, конечно, ты не боишься. - Иди на хуй, - выплюнул Рин. - Пошли, Исаги.

— Мне нужен достойный соперник, чтобы поглощать, если ты не понял. А Рин и понял, хоть его никто и не спрашивал, хотел ли он понимать. И только по привычке цокает, когда отвечает: — Иди уже спать, неженка.

— Господин, я должен попросить Вас выключить и убрать телефон, мы взлетаем через 10 минут. — Мне не нравится, когда меня зовут “господином”, просто Рин. — Как пожелаете, Рин. Если Вам что-нибудь понадобится во время полета, можете позвать меня, – Йоичи озорно проговорил. — Что-нибудь? — Да, всё, что захотите.

Михаэль Кайзер прибыл в Блю Лок для съёмок в рекламе. Он делает об этом записи в дневнике. Он хочет увидеть заинтересовавшего его Исаги

Кайзер спокойно хвастался очередной сплетней про КайСагов, казалось, это стало обыденностью для команды — многие начали привыкать и даже поддерживать эту тему, распуская ненужные слухи по всему кампусу. Однако в какой-то момент появился комментарий: “РинСаги в соло”, который не только взорвал новую эру обсуждений, но и затронул, теперь уже, не тихо-мирный Блю Лок. ИЛИ: Кайзер ревнует Исаги к Рину, и начинается полный хаос.

Одна мысль о том, как Исаги упирается острыми коленями по обе стороны от его головы, как отчаянно держится за изголовье кровати, чтобы не упасть, как позволяет мять в руках свои умопомрачительные ляжки, начисто сносит крышу и срывает любые тормоза. Достаточно секундной нечеткой фантазии, чтобы возбудиться — член больно оттягивает ткань нижнего белья.

Исаги очень стыдно. С одной стороны, это так неловко, что он хочет умереть. С другой, он никогда не чувствовал себя настолько хорошо, чтобы безумно громко стонать, задыхаться с бешено колотящимся сердцем, уткнувшись головой в мягкую подушку. Изо рта течет слюна, вокруг полнейший беспорядке, но Йоичи не может сдержать крик, голос отдается эхом, пока Кайзер трахает его так сильно, что он готов потерять сознание.