Тело вдруг совершенно перестало её слушаться, а глаза сами начали закрываться. Последнее, что она запомнила, это как её тело оторвалось от пола и тонкий, приятный аромат, заполнивший всё сознание.

Тисс отвлекается за ужином, принцу же такое пренебрежение этикетом не нравится.

Таким был их уговор. Она приручит дракона и улетит домой. Для них никогда не существовало другого конца. И все же…

Любовь рождается в библиотеке.

Очевидно, это отличный способ расслабиться, отвлечься от дурных мыслей. Хоть принц и не настаивает, всё равно все думают, что я провожу ночи в его постели. Они же не знают, что это только для вида. Хм, а если всё же допустить, что не только для вида?

Тисс не подозревает, что такое может произойти. С кем угодно — пожалуйста, но только не с ней. Однако суровая реальность такова, а значит, ей остаётся только смириться. И получать удовольствие, разумеется.

Тисс своевольна, и даже для принца исключений быть не может. Может только одно-единственное, но не больше. И своё право на исключение Тай уже истратил. И даже дважды!

— Скажи мне правду, Тисс. Скажи, что ждала меня, скрывая под самым обычным ночным платьем нечто подобное, желая, чтобы я увидел.

— Не желаете присоединиться? Ночь располагает к интересным беседам. Настоя хватит на двоих. Ещё здесь есть несколько видов варенья, ягоды и… — Тай бросил взгляд на поднос, слегка прищурился и усмехнулся, — и что-то ещё, по всей видимости тоже сладкое. Тисс задумалась над предложением принца. Было в нём что-то странное, но и в то же время интригующее. Она не могла не согласиться с тем, что подобные беседы бывают увлекательными.

Решение отослать леди эя Вэдтри прочь далось принцу нелегко.

— Тай эя Эйни, то есть ты хочешь сказать, что никогда в жизни не наряжал ëлку?

Тисс поймала себя на том, что хотела увидеть его как можно скорее. Хотела, чтобы он вновь не сдержал себя, ведь она себе такого порыва позволить точно не могла, хоть и, к своему стыду, хотела бы.

Приток колдовской энергии всегда вызывал всплеск любовного желания.

Когда высоко в небесах можно обрести то, что отчаянно желает сердце на земле.

Приземлившись на территории замка, Ша’арнез ловко отстегнул ремень и понял, что не может сдвинуться с места. Тисс словно приросла к нему, накрепко обвив руками. Он чувствовал тепло её тела даже сквозь плотную ткань, и это было неожиданно приятно.

Процесс зарождения чувств начался и был необратим.

Пряча чувства за ночными тренировками, из-за непогоды они переносят одну из них в замок.

Лежать под ним на простых, хлопковых простынях было сродни благословению – не сравнить с дорогим атласом и огромной воистину царской кроватью в покоях Тая. С Ша’арнезом Тисс согласна была ночевать на соломе в драконьем Гнезде – только бы чувствовать жар его тела, вкус его поцелуев. Только бы знать, что он принадлежит ей.

— Или, может, мне стоит уйти, леди? — Если вы способны дать мне то, чего я так желаю, и от чего вы так резко и бесцеремонно меня прервали, то так и быть, можете остаться. — Подтверждения того, что Ша’арнез проведёт ночь в её покоях, Тисс и не требовала.

«Слова оседают на кончике языка, так и не слетев с губ. Мимолётное желание сказать хоть что-то улетучивается так же быстро, как и появилось. Тисс не знает, как выразить свои чувства, сама не до конца понимает, что испытывает. Не осознаёт, почему вдруг этот момент кажется таким особенным. Почему от прикосновения к чужой ладони сбивается дыхание. И почему так хочется, чтобы эти минуты единения никогда не заканчивались».