Сынмин рассказывает все, что он увидел утром, опуская момент с отметиными, скрытыми сейчас плотной кофтой с горловиной и болью в поясничной области. — Офигеть. И кто эта девушка, с которой ты провел бурную ночь? — Вообще-то я думаю, что это парень. Чонин давится кофе, вытаращив на него удивленные глаза, и пытается откашляться. — А точнее два парня, судя по ощущениям.

Чан никогда не встречал человека, понимающего его так же, как и Ким, даже живя в Австралии, он не находил подобных людей. А Сынмин смог попасть в самое сердце.

— «Пей или Действуй... Задание на выдержку: Выпей виагру с человеком, сидящим напротив тебя, и закройтесь в комнате на час». Повисла гробовая тишина. — Окей. Погнали, Со Чанбин.

– С чего ты взял? У меня были планы на тебя. – и только сейчас Сынмин поднимает глаза, темнеющие в освещении настольной лампы и полные желания. – И твои руки существенно опережают процесс. //AU, в котором Чан хочет провести время со своим парнем

Боже, если бы можно было написать книгу о том, как сильно Сынмин ненавидел Бан Чана, то она бы вышла на больше чем 1000 страниц. Говорят, что от любви до ненависти – один шаг, от ненависти до любви – тысяча километров, однако так ли это?

Чем обернется нежно-снежная ночь в Сеуле для двух совершенно непохожих друг на друга друзей?

—Ну же, скажи что любишь меня! Кристофер! —кричит в темноте Сынмин. По щекам струйками текут соленые кристаллики, а руки нервно дрожат. Чан слышит как младший загнанно дышит, чувствует как он в надежде смотрит на него, но он ничего не может сделать с этим. Он может лишь крепко обнимать его сейчас уткнувшись носом в его хрупкое плечо. —Молю, прости меня... —Нет!!!

Сынмин не может ходить. В 14 парень попал в аварию и получил множество серьёзных ранений и повреждений. Будучи двадцатилетним парень уже и не думал найти того, кто будет любить его. Но из миллиардов нашёлся тот самый. Бан Кристофер Чан. Он поклялся любить его вечно, а Ким продолжает не верить в случившееся.

— Здравствуйте, — Сынмин натягивает рукава кофты, немного смущаясь своей просьбы. — А у вас не будет сигареты? — Тебе не рано курить? Сколько тебе, восемнадцать? — Если мне восемнадцать, то вам, дядя полицейский, тридцать. — Мне двадцать шесть, — мужчина показывает свое удостоверение с датой рождения и именем. — Ну, до тридцати недалеко, — Сынмин пожимает плечами и подходит ближе. — А там и пенсия скоро. Так что, будет сигарета?

— Бан Чан очень.. – начала говорить ведущая. — Бан Чан очень старый – сказал Мин, посмотрев на Чана, но они оба знают какой тот в постели. Ну явно не как старик.

– She asked me if I do this every day. Чан специально делает паузу; Сынмин понимает – продолжить должен он. – I said "Often", – в горле пересыхает стремительней, чем от забега между их домами.

Крис долго искал партнёра, но не думал, что найдёт самого лучшего из всех

Кто бы мог подумать, что тот, кого Чан посчитал обычным фанатом сериала, окажется... русалкой.

— Знаешь, ты такой  отстой, — Сынмин говорит, когда они входят в спальню Чана. — Сидел на крыше совсем один в разгар вечеринки. Жалкое зрелище. Чан смеётся, снимая кроссовки. Сынмин следует его примеру.  — Ты делал буквально то же самое? — Это другое. — Каким образом? — Мы давно знаем, что я жалкий. А вот то, что ты тоже неудачник, для меня новость. Забавно.

Зима. Середина второго курса и выпускной курс. Задира и ласковое солнышко. Бан Чан был тем, на кого пытался, но не мог, ровняться каждый, Сынмина сторонились все - парень был острым на язык и за словом никогда в карман не лез. Со всеми общался снисходительно и дерзко. Следы собственничества всегда носил старший, смущённо прикрываясь, Ким же ни разу не пришёл с хоть одним засосом. Крис всегда тихо подсаживался к Мину, но так ли всё понятно? Не стоит забывать: не всё то очевидное, что кажется

Сынмин сонно приоткрывает глаза и сразу прищуривается: утреннее солнце щекочет его щёки, касается ресниц. Лицо Чана в пяти сантиметрах от его, он словно тонет в солнечном свете: ленивые лучи ласково высвечивают кудри, целуют его полные губы. Сынмин протягивает руку, ведёт пальцем по переносице, скатывается по крылу носа к ямочке над губой. А ведь ещё несколько месяцев назад всё было совсем по-другому. Ещё несколько месяцев назад Сынмин думал, что больше никогда не сможет доверять Чану.