Силы спорить были, но желания на это не было никакого. Аран не испытывал какого-то отвращения к Тату, это давно стоило признать. Он его по-своему, неумело уважал, прислушивался к нему, а все эти постоянные перепалки были лишь неловкими попытками блефовать, наладить такой тип взаимосвязи, который старшему был бы привычен. Потому что прежде Аран даже не умел толком обзываться, ворчать и саркастично шутить, все его попытки показать характер заканчивались на закатывании глаз и возгласах.

Джек — стихия, которой невозможно владеть. Можно лишь попытаться подчинить...

- Слушай, а набивать таттуировки больно? Вопрос разрезал тишину комнаты, бросив острый кончик стрелы прямиком на парня, что сидел сейчас за столом и ковырялся в каких-то запчастях.

Сны – бесчисленные отражения людских желаний и страхов...

Он бы отдал ему весь этот чертов мир, если бы мог, и отдает. Отдает всего себя без остатка, обнажая душу и тело, со всеми ссадинами, синяками и уродливыми шрамами от ножей, розочек и сигаретных окурков.

Джек… такой искренний в своих чувствах. Такой открытый и манящий в своей неистовости...

Кажется, что владею чужим сердцем безраздельно...

Я плохой человек, Джек. Но ты делаешь меня лучше своей добротой...

Джокер клянётся ждать…