Виктор умирал так ярко, как никогда не заслуживал. Когда-то больной, хилый, невыносимый зануда, он был обречён угасать в одиночестве. А теперь его расплавляла белоснежная лава, и он парил в беспространстве космоса в объятиях лучшего друга. Такого конца заслуживают великие. Но такого раннего конца не заслуживал горячо любимый друг Джейс.

Неудачный инцидент меняет местами Джейса из двух вселенных. Железный и не железный Виктор разгребают последствия.

— Задачи? Опять по динамике? Ты заставляешь их думать, будто они будут строить космический корабль в следующем семестре. — Лучше я научу их это делать, чем слушать жалобы, что физика «слишком сложная». Пять лет брака, один строгий запрет на разглашение и один студент, выбравший самое неподходящее время заглянуть в кабинет.

— Джейс, мне холодно, — раздалось тихое, удивлённое. Виктор сидел на полу обнажённый, чуть подрагивая, и смотрел потерянно, непонимающе, так, как никогда раньше. Вдруг он обхватил себя за бледные плечи и…постойте-ка, бледные плечи?

Медленно, миллиметровыми шажками, но они продвигаются вперед; и так же медленно, по капле, по мельчайшей песчинке, тает Виктор. Несколько месяцев (полгода, быть может?) прошло с начала их партнерства – с того момента, как тогда только ассистент декана остановил его от безрассудного желания положить конец всему, и с каждым днем Джейс видел, как сильнее впадают скулы Виктора. Он уже не всегда понимал, решительный ли блеск чужих глаз, или же болезненный.

После очередного успеха в работе Джейс в порыве чувств целует Виктора. Это случается несколько раз. Наконец Виктор не выдерживает и целует первым.

Виктор в его уютных объятиях выглядит как что-то законченно идеальное.

Виктор откровенно пялился на Джейса во время их совместной работы, и нет, он ни в коем случае не думал о чем-то большем в их партнерских отношениях. Джейс крайне наблюдателен: мало того, что он видит взгляды своего коллеги, так еще и пытается по-своему на них ответить. Но конечно же, они просто заботятся друг о друге, как деловые партнеры. «Так ведь?» — мелькает в голове у обоих одновременно.

Это похоже на кайф от дозы, на удушье, на настоящую пытку в персональном аду. Джейс хочет раствориться в этом навсегда. Виктор с удовольствием предоставит ему такую возможность.

Виктора исключают из академии за специфические взгляды на прогресс, даже ни смотря на попытки Джейса обелить своего единственного друга. Вернувшись в Заун, Виктор долгое время прибывает в тяжелой депрессии, истощает себя эмоционально настолько, что почти полностью теряет эмоции и делает свои первые шаги к Великой эволюции. Через некоторое время учёный возвращается в Пилтовер, предлагая Джейсу вновь сотрудничать. Но сможет ли Джейс вновь разглядеть старого друга в груде механизмов?

— Это разовая акция, – Виктор облизнул пересохшие губы, застегнул последнюю пуговицу рубашки и откинулся на любезно подставленную Джейсом подушку. – Акт помощи. — Акт помощи был в прошлый раз, – напомнил Джейс, небрежно запихнув в мусорный пакет использованный презерватив, – а это уже меценатство.

— Вик, – улыбнулся Джейс, притянув его ближе к себе, – ну я же почти прямым текстом говорю. — Что говоришь? – Виктор слышал в мыслях лишь белый шум. Белый шум и почти вплотную прижавшееся лицо Джейса. (У Виктора прихватило спину во время работы, и Джейс просто обязан окружить его своей неловкой двухметровой заботой)

Виктору, никогда не считавшему Джейса своим, хотелось верить, что между ними было чуть больше, чем «перекур» и измученные чертежи.

Омеговерсное АУ. Виктор уверен, что слабые здоровьем омеги могут вытянуть жизнь из влюблённых в них альф. Поэтому, повстречав Джейса, он тщательно держит себя в руках. Вот только любовь это чувство на двоих, а Джейс упрямый как осёл.

–Я назвал ее чужим именем. –Ты что сделал?–неверяще произнес Виктор–Я думаю ты просто оговорился, нет? Не знал,что советница Медарда насколько ревнив– –Я сделал это в постели.

Modern!au, в котором лучшие лётные инструктора устают бороться с независимыми-помешанными на физике мужьями, а помешанные на физике мужья хотят уволиться и больше никогда не браться за преподавание.

Джейс постоянно прикасается к Виктору. Виктор со всей тщательностью коллекционирует все прикосновения, которые даёт ему Джейс.

Раем было мгновенное возбуждение, которое возникло, когда разгневанный Виктор ударил Джейса своей тростью, сообщив Виктору о том факте, что у его партнёра было определённое пристрастие к боли. Рай был искрой интриги, когда он попросил Джейса научить потакать этому пристрастию.

Когда Джейс случайно сбил Виктора с ног физически – тот, кажется, основательно сбил его с ног ментально. А теперь, когда выяснилось, что он новый аспирант у профессора – продолжает это делать. Похоже, дальше все будет становиться лишь хуже и хуже. Или, может быть, лучше и лучше – тут уж с какой стороны посмотреть.

Кое-как добравшись до ближайшей отражающей поверхности, Виктор пялится на свое отражение несколько минут, не в силах очнуться от ступора. Чёртова магия превратила его в кота. В обычного такого с серой и невзрачной шерстью, какие часто околачиваются на улицах со впавшими от голода боками. Из всех возможных форм и размеров – обычный дворовый кошак. Виктор бы мог посчитать это забавным, случись подобное с кем-то другим. Вот только сейчас ему совсем не смешно.