Феликс заболел. Как он это узнал? Чуть не свалился с температурой на смене. Побывав у врача и категорично отказавшись от больничного, он надеялся, что никто не заметит его своеобразного отсутствия. Но не заметить отсутствие их тактильного солнышка невозможно. Даже работая на сменах за двоих, Феликс как минимум заглядывал на завтрак, даря скорые объятья и пожелания хорошего дня. Правде всё равно придётся вылезти наружу

Чан пару раз в жизни сказал что-то вроде «доиграетесь», но Джисон это не воспринимал на свой счет, потому что, камон. Что в этом плохого?

- Хан Джисон, ты опять сделал ошибку. Старайся лучше! - да у меня не получается это движение!

После трудного рабочего дня хочется прийти домой и прижать к себе своё маленькое чудо.

В комнате до безумия жарко, пот скатывается по вискам, впитываясь в наволочку, влажные волосы прилипают ко лбу и слёзы текут по щекам, падая куда-то в подушки. Хван, что сидит напротив кровати в кресле, делает только хуже, когда являет парню хищный оскал, опирается локтями о свои колени и жмёт на кнопку пульта, усиливая мощность вибратора.

Одним из любимых занятий Ли Минхо было доводить до оргазма Хан Джисона. То как все начиналось, было действительно довольно невинно, как бы дико это не звучало, но это так. Что произойдет, если обычное желание помочь своему другу снять накопившийся стресс перерастет в обыденность? Обыденность, которая в один день выливается во что-то более интересное.

про то, как Чан может утолить боль.

«Чан начал новый чат». «Чан добавил: Минхо, Чанбина, Хенджина, Джисона, Сынмина, Енбока и Чонина». «Крис переименовал группу: Друзья» Чан: Всем привет! Минхо: какого хера?

Стекло. Несовершеннолетний Чонин стал жить у 26-летнего Чана, но из за жизни до у него будут резкие слезы, о которых Чан не подразумевал.

У Сынмина и Чонина софтовые отношения. Они очень любят друг друга, но дальше поцелуев в щёчку у них не заходило, поэтому Бан Чан, как лучший советчик и друг Чонина, сказал ему важные слова, которые изменили многое...

Он бегло ставит пакеты с едой и, наспех снимая обувь и куртку, глазами ищет знакомую фигуру, потому что так и не услышал ответа. Он заглядывает по пути в ванную и пару раз стучит в комнату Криса.

Джисону не хотелось иметь дело с популярным футболистом их колледжа, но у того, похоже, были совершенно иные планы. — Эй, Хан Джисон! – прокричал Минхо, смотря на трибуну. — Этот гол для тебя! – и мяч резко прорезал воздух. — Идиот, – Джисон покачал головой и хлопнул себя по лбу. — Ты же забил в свои ворота, придурок.

Чонин идёт смотреть с Сынмо какую-то дораму, отказавшись от предложения Минхо пойти с ним на трансляцию.

– А тебя, герой, – абсолютно серьёзно, безо всякого ехидства начал он, – вообще-то уже вся больница ищет! Так что иди давай, пока тебя здесь не нашли, и нам с Джинни не надавали за это по шапке. * Или история о том, как парни попали в аварию 20 сентября*

– Ты злой. Будто ударили в кадык, вынуждая морщиться и больно сглатывать. Минхо спешно натянул улыбку и замахал руками: – Мне пора. Нет, это не потому что я обиделся или разозлился, мне правда пора, я это планировал. Пока~

Минхо слегка поправился и сильно комплексует из-за этого. Джисон же в это время млеет от новых пышных форм парня и страдает от дикого желания трахнуть эту булочку на всех поверхностях в доме.

Сынмин заботится о себе. Он всегда ставит свое здоровье и комфорт превыше всего остального. ~ Так почему же, черт возьми, у него заложен нос и он чувствует себя так ужасно?

Он понимает, что ещё очень рано, и не уверен, почему он проснулся. А потом, после внезапной резкой боли в животе, следует ужасное урчание. или Сынмин болен, и его парни хотят убедиться, что с ним всё в порядке.

Сынмин боится микробов, но справляется с этим, а потом появляется одно плохое яблоко и все портит. или Сынмин боится микробов, съедает немытое яблоко, и его тошнит.

— Вы принимаете бет? — робко спрашивает, вызывая бурю недоумения на лицах членов стаи. Он может сказать, что они не ожидали этого, судя по нахмуренным бровям Бан Чана и остальных. Чонин мягко проводит пальцем по его руке. — Почему бы нам не взять тебя, прелесть? — вожак стаи мягко отвечает, но Сынмина коробит от того, как двусмысленно это звучит. Действительно, а почему бы им его не взять?