Прежнего мира не существует уже несколько лет. Кто-то смирился, кто-то сдох, а кто-то продолжает цепляться за жизнь без особых причин, по привычке. Леви принадлежит к последним. Следует своим принципам, один из которых: не спасай выживших. Но Микаса не спрашивает, просто врывается в жизнь и ставит её с ног на голову.

Раньше Леви всегда спасала сила Аккерманов. А теперь его спасет Аккерман.

За всю жизнь Леви запорол только две задачи. Аккерман не смог уберечь свой отряд и стать Микасе другом, в котором она отчаянно нуждалась.

Капитан Леви никогда не дарил цветы.

Капитан Леви никогда не пьянеет, и все вокруг об этом знают. В том числе и Ханджи, которая предложила ему настойку. С тех пор Леви больше не пил.

А что, если Микасу всё же спас Леви, а не Эрен?

Мурашки бегут вдоль хребта. Взор ярко-алых глаз смотрит теперь исключительно на Юджи. И ему бы обделаться от могильного холода, что сжал его в тиски, упереться взглядом в землю и больше никогда не поднимать головы в присутствие этого создания. На крайний случай стоило бы зарыться головой в песок. Но мальчишка смотрит. Его словно прибило к месту в той позе, в какой он находился, не в силах даже отвернуться, и смотрел в глаза самому жуткому существу, какое вообще когда-либо видел.

У Итадори Юджи целый мир как на ладони, неизведанный и прекрасный, таинственный и манящий своими будущими открытиями. У Рёмена Сукуны мир клином сошёлся на Итадори Юджи, навечно и бесповоротно. Монументально.

— Кто ты и как попал в мои владения? Юджи пожалел, что вообще вышел из дома. А ведь если бы он только остался дома, всего этого бы не было! И где он теперь! Сидит перед гигантским демоном. ОЧЕНЬ ЗЛЫМ ДЕМОНОМ, который, судя по его взгляду, не очень то и рад незваному гостю. — Я...э-э-э..., - капелька пота скатилась по шее Итадори. — Я шёл-шел, споткнулся и...вот я здесь? AU: Сукуна и Юджи встречаются раньше....намного раньше.

Казалось бы, Двуликий, ужасный Король проклятий, встал на путь исправления, заключил пакт с верхушкой магов, лишь бы его сосуд напичкали всеми пальцами и он смог спокойно отделиться. Но никто не учёл нездоровую привязанность Юджи к своему непрошенному внутреннему сожителю...

«Никто не будет латать заброшенный храм. Каждую бурю от его крыши будет отваливаться черепица за черепицей. Дождевая струя в ливни станет массивней. Зальёт просветлённые лики статуй. Пол вздуется, потемнеет. Ну и что? Разрушенный храм остаётся храмом. Сломанный человек остаётся человеком»

Ещё с семи лет, как только Итадори узнал о том, что каждому человеку полагается вторая половинка, он с нетерпением ждал появления фразы на теле и судьбоносной встречи. Но не было у него всё ещё ни надписи, ни встречи, когда все его одноклассники давным-давно знали свои, светили ими каждому встречному в лоб и радовались жизни. Но Юджи не отчаивался, полагаясь на законы вселенной, веря, что рано или поздно встретит своего человека.

Мир магов всегда непредсказуемый. Сегодня ты сражаешься с проклятиями, а завтра твоя жизнь зависит от них. Мир проклятий тоже всегда непредсказуемый. Сегодня ты пытаешься убить собственный сосуд, а завтра он бегает за тобой хвостиком, считая тебя своим защитником. Самое ужасное, что ты вынужден защищать. Но так ли уж вынужден?

— Пытаясь влюбить в себя девчонку по моим советам, смотри, не влюбись в меня. Я буду очень убедительным.

После смерти дедушки Юджи сообщают об опекуне, личность которого скрыта тайной.

Юджи тонет. Он захлебывается в темноте, цепляясь за проблески, маячащие на горизонте. Не то чтобы он не хотел спасения. Просто не верит. Не верит до тех пор, пока снова тонуть не приходится. Но на этот раз синева, его окружающая, подталкивает его к тому самому, к «светлому».

И что она нашла в нём такого, и почему это так сильно волнует меня?

В том, что начинается на «само-» — самокопание, самообман, самопожертвование, — Юджи мастер. Просто потому что Сукуна во всём, что начинается на «само-» — самолюбование, самолюбие, самоистязание, — король.

Юджи – Двуликий, ужасный Король проклятий, при упоминании которого все шаманы кривятся в ужасе.

— Прежде чем ты что-то вякнешь я задам тебе один вопрос, — проклятые губы растянулись в зловещей ухмылке, — Итак, почему ты не вернул себе контроль? Почему позволил лишить себя жизни? — наигранно серьëзно спросил Король Проклятий.        — А?! Я?! Позволил?! Что за чушь ты несёшь?! Думаешь мне по приколу здесь находится?! Из-за тебя, урод, мы навечно скованы одной цепью! Ненавижу! — закричал Итадори швырнув бычий череп в сторону проклятия.