Soulmate AU: если родственная душа целует не назначенного Судьбой человека, ее соулмейт начинает мучиться от физической боли в виде жжения на коже, которая покрывается рисунками разномастных цветов, и задыхаться. «Обоим был известен исход. Только вот смелости недоставало, будто им нужно было пустить Аваду в самих себя».

Гермиона до недавнего времени просто слушала песни своего соулмейта, пока не слышит его совсем рядом... АУ, где человек слышит в голове музыку, которую в данный момент слушает его (ее) соулмейт.

Говорили, что, вдохнувший пары амортенции, ощущал букет запахов, указывающих на соулмейта, и открывал сознание для невербального общения через общие сновидения. Гермиона, привыкшая доверять информации, написанной в школьных учебниках, впервые испытывала сомнения. Ей казалось абсурдным, что человек, по сути, не имеет права выбора и должен следовать исключительно по задумке Мерлина, в начале времён перепутавшего жизни и судьбы.

- Ты моя, Грейнджер! Моя до мозга костей! До всех твоих гриффиндорских заморочек! От корней волос до кончиков пальцев! Тебе всё ясно!? - Ты мой, Малфой. Мой! От твоего отвратительного характера, до всех твоих грязных мыслишек. Мой. До твоего поганого поведения, до противных собственнических замашек.

СоулмейтАу: когда человеку изменяет его соулмейт, на его теле появляются цветы, которые важны обоим. Когда соулмейты впревые целуются все цветы исчезают, а на груди в районе сердца появляется.

Гермиона Грейнджер не верит в соулмэйтов до тех пор, пока не находит на своей кровати чей-то носок

У Драко Малфоя есть план. Он собирается ворваться в кабинет Гермионы Грейнджер в министерстве и потребовать, чтобы она пошла с ним на свидание. Но потом Нарцисса рассказывает ему всё о его крови вейлы. Слегка обескураженный информацией о том, что Гермиона, возможно, не его пара, Драко следует своему плану вплоть до входа в её офис. К несчастью для него, там Вейла берет верх над ним.

— Моей личной жизни конец! — шатенка закрыла лицо руками и медленно опустилась на кровать. — Гермиона, — Джинни присела около готовой разрыдаться гриффиндорки, — отсутствие рисунка еще ничего не значит. Гермиона подняла полный надежды взгляд и совершенно по-детски спросила: — Правда? — Конечно, — улыбнулась в ответ девушка. Роль психолога давалась ей лучше всего. — Может, твой соулмейт умер?

— Я не знала, что у маглорождённых есть соулмейт, профессор Макгонагалл. — То, что написано в тех в книгах — давно устаревшая информация. У маглорождённых действительно не было соулмейтов, до той поры, пока один из них не показал всю мощь любви, которую каждый из таких, как ты, может испытывать. С тех пор не все, но всё же находили своих соулмейтов. Нюансом является лишь то, что маглорождённым была отдана честь, за эти чувства им был присущ дар: слышать мысли предназначенного судьбой.

Хватило лишь неожиданного решения и сбивающего с толку прикосновения губ к чужим, и Драко Малфой понял, что соулмейты — не придуманная история для сопливых романтиков. Хватило лишь минуты съедающей изнутри боли и невозможности быть вдали от него, и Гермиона Грейнджер поняла, что отказаться от этого дара не получится.

Соулмейт-АУ, в котором у пар на руках появляются слова их половинки, — первые слова, сказанные соулмейту, и которые он говорит в тот момент, когда осознает, что влюблен в свою пару. Когда пары находят друг друга, слова красного цвета превращаются в чёрный, напоминая обычную татуировку. Некоторые шли против судьбы, влюбляясь не в своего соулмейта. Делали выбор. И Драко думает, что это его вариант.

Гермиона Грейнджер прекрасно знала, что она неудачница. Ну да, конечно, магглорожденная на Слизерине. Но когда именно он оказался её парой, девушка подумала, что пора помахать крыше на прощание. Как и здравому смыслу. В её жизни произошла самая удачная неудача...

Драко Малфой продолжает дарить подарки упрямой Грейнджер, которая не замечает или не хочет замечать очевидного. А очевидное — есть наполненный любовью человек, уже готовый признать себя никому не нужным, пылящимся сундуком с воспоминаниями. Но как же нам с Вами помочь бедняге, когда есть лишь один автор-энтузиаст, два упрямых человека, зачарованное перо и... очки?

Что вы будете делать, если узнаете имя вашей родственной души и имя заклятого врага? Гермиону мало заботило имя, которое появится на левой руке в день её восемнадцатилетия, ведь никто не сомневался, что врагов у нее нет. Но вот ожидание имени на правой кисти заставляло находиться её в нервном предвкушении. Кто он? С Хогвартса? С какого факультета? Быть может, на его руке уже появилось её имя?

Он и Грейнджер стояли спиной к спине с палочками наизготовку. Драко двигался вперёд, пока она прикрывала его спину. Действия отточенные, доведённые до автоматизма. Но никогда ещё за всё время их совместной работы опасность не была настолько реальна и велика. Что-то неприятно сдавило желудок. Плохое предчувствие.

После магического совершеннолетия глаза волшебника периодически меняются на цвет глаз его соулмейта, подталкивая родственные души друг к другу. И как же порой удивляет своим выбором древняя как мир магическая связь, сталкивая порой совсем неподходящих людей. Или, быть может, это совсем не так?

В момент первого прикосновения к избранному для тебя человеку тело пронзает ужасающая боль. Как только двое соприкасаются, кожа над сердцем расходится, вырезая на груди особенный символ, являющийся отражением сущности другого человека. С годами метка видоизменяется, меняя цвет свежей раны на более тёмный, въевшийся под кожу. Такой процесс символизирует бессмертие настоящей любви, ведь этот след остаётся на теле навсегда. Становится частью тебя.

SoulmateAU. У нее такой же, как и у него. Простой круг, словно небрежно нарисованный чернилами. Он закрашивает этот круг каждый день, испортив все свои рубашки, но на утро тот становится таким же белоснежным, с нечетким контуром. У него сердце было все в чернильных пятнах, а у нее кожа словно покрылась ими.

Ночные судьбоносные разговоры в комнате старосты девочек, или три раза, когда Драко Малфой видел Гермиону Грейнджер в одной простыне. Крики, вспышки ярости, сны, родственные души.

— Слава Мерлину, ты не решила сказать это ему прямо в лоб. Просто представь: «Знаешь, Малфой, тут такое дело, мы с тобой соулмейты, и меня достало, что из-за того, что ты трахаешься каждую ночь, мои легкие выворачиваются наружу!», — с иронией пропела Джинни. Гермиона нахмурилась. Она ведь так надеялась, чтобы это был кто угодно, кроме него. Кто-то, кроме Драко Малфоя.