Влюбился волк — страдает вся стая.

- Я не так сильно устал. Спасибо за беспокойство - Тот уже готовился к очередной речи о вреде отсутствия сна, но Енг Иль странно молчал. - Что ж, тогда я подежурю с вами - он спокойно сел рядом, точно так же уперевшись макушкой о стену. Сон Ги Хун слегка улыбнулся, его соратник был не менее упертым, чем он сам.

Джон Бэ будет жить, Ги Хуну лишь нужно слушаться

Попытка восстания Ки Хуна провалилась, но теперь он, наконец, получает возможность встретиться с Ведущим, который предлагает ему ещё одну, последнюю Игру. Но у Ин Хо на него совершенно иные планы, и теперь Ки Хун становится игрушкой в его руках, вынужденный понести наказание за свою чрезмерную самонадеянность.

— Нет! Ни за что, — Ги Хун краснеет от возмущения, — Я не собираюсь тебя трахать! — Таковы правила, их же только что объявили по радио, — Ён Иль смотрит самым невинным взглядом, на который способен, — Нам нужно заняться сексом, иначе мы не выйдем из этой комнаты.

Ги Хун не злился, когда в третьем часу ночи ему долбились в дверь так, словно где-то случился пожар и срочно нужно бежать к огню и вытаскивать старушек. Он не злился, когда на пороге вместо незваного гостя увидел одиноко лежащую картонную визитку, а просто переводил помутившийся взгляд от нее до ближайшего мусорного бака. В трех геометрических нарисованных фигурах он чётко, как на духу, видел издевательское послание: «Хуй тебе, а не спокойная жизнь»

Он станет его. Другом, любовником, кем угодно. Ин Хо станет лучшим другом, который когда-либо был у Сон Ки Хуна. Он пожалеет, что они не познакомились раньше.

Хван Инхо убил их всех: приказал этим стражникам в масках ликвидировать выживших, но Сон Кихуна сказал пощадить. И теперь, оказавшись за одним столом с самим Фронтменом, игрок 456 понял, что ничем хорошим это точно не закончится.

Приключения несчастных солдат несколько лет, наблюдавших как одержимость фронтмена Ги Хуном перерастает во что-то большее.

– Боже, какой же ты красавчик, – он говорил медленно, словно одна эта мысль забирала всю его внутреннюю энергию. – Подожди. Ты ангел? – его брови снова нахмурились, словно бы Ги Хун пытался сложить вместе кусочки пазла. – Ты здесь, чтобы забрать меня на небеса? – Нет, я не ангел, – Ин Хо не удержался от смешка. – Ги Хун, ты не помнишь меня? Я твой муж. – Ты мой муж? – повторил мужчина медленно. – Мы уже целовались? ау, в которой Ги Хун просыпается после анестезии и видит Ин Хо.

Инхо вновь переводит взгляд на, будь они тысячу раз прокляты, блядские ноги Сон Кихуна и задается извечным гамлетовским «быть или не быть», вот только это уже даже не вопрос, а вполне себе шекспировская трагедия... Или коротко о тяжелых буднях Ведущего))