Инхо поймал своего журавля.

О том, что Ён Иль хотел быть ближе к Ги Хуну, не знал разве что идиот. Ги Хун идиотом не был. Но мог ли он когда-нибудь предположить, на что готов Ён Иль ради этой близости?..

Сон Ги-Хун просыпается в постели врага. Каждое утро.

Про то, как Сон Ки-Хун не может уснуть, а Хван Ин-Хо решает ему с этим помочь.

Приключения несчастных солдат несколько лет, наблюдавших как одержимость фронтмена Ги Хуном перерастает во что-то большее.

— Вы знаете меня, — неприкрытое удивление проскакивает на изможденном лице пленника. Нет, просто раздробить его кости было бы слишком просто. Кихуна нужно уничтожить морально, эмоционально, физически. Вытащить из него все геройство как жилы, одну за одной. Унизить, размазать и забыть, как плохой сон. — Я не понимаю... — Ноль. Единица. Очень просто запомнить, — Кихун вздрогнул. Он не поверил тому, что услышал

Ги Хуна смущают в жизни только две вещи: нагота и вечные игры в гляделки. Нужно поговорить с Ён Илем о том, что ему не нравится, когда на него безустанно пялятся.

Ин Хо заинтересован. Заинтересован с долей одержимости, заинтересован до сопровождения плечом к плечу на любых вечерах. Ги-Хун задыхается сквозь стиснутые зубы и давится облегченным стоном, распахнув глаза. Смотрит ответственности в лицо и вновь напоминает о своем выборе — слабости, которая привела его к переходу на другую сторону.

Ги Хун не злился, когда в третьем часу ночи ему долбились в дверь так, словно где-то случился пожар и срочно нужно бежать к огню и вытаскивать старушек. Он не злился, когда на пороге вместо незваного гостя увидел одиноко лежащую картонную визитку, а просто переводил помутившийся взгляд от нее до ближайшего мусорного бака. В трех геометрических нарисованных фигурах он чётко, как на духу, видел издевательское послание: «Хуй тебе, а не спокойная жизнь»