Они редко ссорятся, но, когда они действительно ссорятся, это просто разрушительно.

Четыре раза, когда Лисы заставали взаимодействие Эндрилов, и один раз, когда Эндрю и Нил были наедине.

Даже если жизнь обошлась с ним, как с последним человеком на Земле. Даже если другие считают его монстром. Даже если его руки огрубели. Эндрю всё ещё мог быть нежным.

— Как это вообще произошло? — спросил Ники, держа в руках пакеты из Target’a, полностью набитые одеждой и игрушками для четырёхлетних детей, которые сами Монстры никогда в малолетстве не имели. Нил наблюдал с дивана, безмолвно и недоверчиво. — Без понятия, — проронил Эндрю, и на этом тема закрылась. Никто не знает как долго, никто не знает почему, никто не знает почти ничего. – – Очень детский фанфик, а Нил – тот самый ребёнок.

Перевод дополнительных материалов про отношения Нила и Эндрю

Когда Эндрю понимает, что Нил непреднамеренно наказывает себя за потери своей команды, он решает вмешаться и позаботиться о последствиях. *** Возможно, Нил согласился на большее, чем рассчитывал, но получил именно то, что ему было нужно.

Дрю уставился на своего близнеца. — Сотри это выражение с моего лица. — Пошел ты! — Ответил Аарон. Кейтлин потерла его руку. Ее тактика не сработала. Нил поднес пирожное к губам Эндрю. Его тактика сработала. Эндрю жевал его, не меняя выражения лица. Часть его души хотела обсудить достоинства вкуса пирожных Нила по сравнению с зубами Нила, но он не думал, что остальным членам группы стоит об этом знать. -- или…читаете в примечании, не влезло…

— Мне нужен ответ на этот вопрос, Эндрю, — подталкивает парень. — Ты не должен писать мне эссе, просто... расскажи мне основы. Что тебе нравится? — Когда ты… говоришь, — медленно произносит Миньярд. Рыжеволосый пристально смотрит вглубь скользящих глаз. — Мне нужно немного больше, чем это, любовь моя, — Эндрю, зыркнув на него, раздраженно хлопает его по руке. — Я имел в виду, когда ты говоришь приятные вещи, придурок. Например, когда ты говоришь, что я... хорош.

Скоро стало ясно, что Нил зависим от возможности сидеть на коленях Эндрю.

Нил отрубается спустя пару минут. Он всю ночь провёл на ногах, игнорируя «слишком сладкие» лекарства, и не ложился, чтобы его кашель кого-нибудь не разбудил. Эндрю смотрит на Нила – у него во сне приоткрыты губы и выражение лица непривычно мягкое – и думает, каким спокойным выглядит человек, под камерами бросающий вызов мафии. Внутри кто-то будто приоткрыл грудную клетку и засунул под рёбра целое солнце. (Или пять раз, когда Нил засыпает на Эндрю, и один раз, когда всё происходит наоборот).

Эндрю смотрит на него с быстро бьющимся сердцем, расширенными зрачками и пухом одуванчика где-то в лёгких.

Нил знал, что лучше не делать изо дня рождения Эндрю большое событие. Мэтт предложил Нилу устроить двойное свидание с ним и Дэн, о каком-нибудь модном ресторане и выпивке после, но Нил отложил его до следующей недели. Они с Эндрю никогда не устраивали на день рождение Миньярда ничего особенного, и Нил не собирался менять такой расклад. Однако это не означало, что он не будет ничего делать.

Пять поцелуев в шею — новый рекорд.

Команда США по Экси взяла золото на Олимпийских играх в Лондоне. Нил и Эндрю устраивают свой собственный маленький праздник после церемонии вручения медалей.

Эндрю всегда был тем, к кому другие обращаются за защитой, спасением, безопасностью. Он заключал свои сделки, пускал в ход ножи ради других, сражался в битвах, в которых не участвовал. То, что кто-то другой сделает то же самое для него, захочет сделать то же самое для него - это тревожная и пугающая перспектива. Но, возможно, это не обязательно должно быть плохо. Или: 5 раз, когда Эндрю отталкивал защиту Нила + 1 раз, когда он попросил об этом.

Нил милый, а у Эндрю кризис.

Пост-канон, вдохновленный доп контентом Норы. История берет начало сразу после Свиты короля. Нил медленно составляет карту тела Эндрю.

Нил убежден, что точно не интересен Эндрю. Тот зачастую его игнорирует, закатывает глаза почти на каждое слово Нила и иногда даже отсаживается на уроках. Но Нил все равно настроен заполучить его, даже если этот план изначально кажется провальным.

После Балтимора Нилу все еще трудно принять себя. Кто знал, что расскажи он Эндрю об этом сразу, все было бы проще.

Эндрю медленно позволяет оттаивать своим стенам, а Нил — упрямое влюбленное маленькое дерьмо.