— Тэхён, — первым выходит из транса Чонгук, — как ты мог так нагло врать? — Я? — удивляется Тэ. — Ты буквально самый красивый человек, которого я только видел. Самый. Красивый. — Ты сейчас серьёзно? — конечно, он не верит, привык слышать обратное. Если человеку долго говорить, что он дурак, он таким и станет. — Похоже, что я шучу?

— Ты совсем дурак или да? — восклицает Чимин. — Я попрошу Намджуна попросить Хосока, чтобы тот спросил о Чонгуке у Мина. Делов-то! План надёжен как швейцарские часы.

— Доктор сказал... — но омега не даёт договорить. — Клал я на то, что доктор сказал, — из последних сил выжимает из себя Ким. — Никакого альфы даже близко рядом со мной не будет! Ты же не успел навести суету и кого-то позвать? — Нет, я нашёл решение лучше. — Да неужели?

— Ты делаешь татуировку, Тэ, — кивает несколько раз головой Пак в подтверждение только что произнесённых слов. — На ноге. Рисунок, так уж и быть, разрешаю выбрать самостоятельно. Отказаться не имеешь права.

Вдруг среди множества незнакомых лиц он видит его. Сомневается в собственной адекватности, с силой жмурится несколько раз и мотает головой в разные стороны, стараясь прогнать непрошенное видение. Но оно не исчезает. На противоположном конце дороги возле такой же светофорной стойки стоит он сам.

Тэхён не оставлял попыток отговорить отца от форменного безумия, но тот как будто бы помешался на своей идее покорить неприступную Искардию. И вот Ким третий раз тяжёлыми ботинками ступает на промёрзшую на много миль в глубину землю. Он знает точно, что отсюда уже домой не уедет. Магическая сила ваариев сильна и беспощадна, и в этот раз с миром их уже никто не отпустит.

Хочется погрузить в холодную, чуть подтаявшую сладкую вязкость язык и пробороздить длинную глубокую дорожку титановой штангой, а после ждать, пока лакомство растает на губах и потечёт по подбородку. И тогда, едва заметно дрожа от удовольствия, ловить капли кончиком языка, медленно слизывая предательски сладкий след с разгорячённой кожи.

— Я сделаю это через год, если попросишь снова, но я не буду держать тебя, не стану заставлять ждать. Год, Тэ. Если мы всё ещё будем нужны друг другу, если ты не передумаешь насчёт наших неправильных отношений, если до конца поймёшь, что чувствуешь в первую очередь к себе.

— Ну чего застыл? Бери — обнимай! — З-зачем? — хрипит охреневший Тэхён. — Обниматься люблю, чего непонятного? Юмористическое AU, написанное отдалённо по мотивам книги Э.Успенского «Крокодил Гена и его друзья».

— Что ты несёшь, Чонгук? — Тэхён не удивлён, только вот слышать всю эту грязь в свою сторону неприятно. — Майки твои эти блядские, — продолжает Гук. — Нет другой одежды? Нахуя ты их таскаешь всё время и демонстрируешь бицепсы? Для кого? Я видел! Для арми? Они и так в обмороке. Кого ты там пытаешься соблазнить, Тэхён? Кого, отвечай?

— Ты специально надел на эфир эти штаны с блядскими шнурками? Я просил же тебя утром переодеться. — Отвлекали? — хитро смежает веки Тэхён, превращая глаза в узкие щели. — Отвлекали? Так ты думаешь, это происходило?

Сначала я клал целиком конфету в рот и ждал, пока растает шоколад, потом съедал пралине, а дальше обсасывал орешек до чистоты. После этого клыком раскусывал ядро чётко посерединке, оно делилось на две ровные части, идеально гладкие на стыке. Я лизал эти маленькие гладкие поверхности языком, пока не надоедало, а потом с хрустом жевал орешек. Дедушка называл это: «ритуальное поедание конфеты от Тэхёна». О, я Тэхён, кстати!