— Скажи это, хён, — шепчет Чонин, целуя каждый дюйм пылающей кожи. — Скажи, что тоже хочешь меня. AU, где двадцатилетний Чонин влюблён в друга своей старшей сестры, что является и их соседом. И тридцатилетний Чан — тот самый сосед.

Милый маленький малыш Чонин не мог сделать себе пирсинг языка. Это просто как-то не вяжется. А вот Айэн вполне себе даже мог...

Хван Хёнджин, по кличке Кайден, никого не ищет, тема с соулмейтами ему в высшей степени неинтересна и безразлична. Ли Ёнбок, он же Феликс, он же Энджел, мечтает встретить предназначенного ему человека, уже питая к нему заведомо тёплые чувства. Судьба с интересом метит их двоих, живущих в мире, где опасно носить свои настоящие имена, чтобы понаблюдать что из этого выйдет, вплетая по пути в их жизни ещё множество событий и других людей

— Поверить не могу, что совсем скоро ты станешь моим насовсем. — Я и так твой насовсем. Моим именем помечено твоё сердце, помнишь?

Чан принципы согласия уважал. Поэтому держал в голове картинку красного светофора, пока Хенджин по-блядски облизывал губы. И смотрел на него так, будто уже все решил и придумал. Он, может, и правда решил, но Чан будет непреклонен.

— Поскули для меня, Ликси, — шепчет Минхо, наклонившись к чужому уху, — Что нужно, чтобы заставить тебя скулить? Я знаю, ты можешь. Феликс мог бы сказать нет, легко бы выбраться из этого захвата, но Минхо был так силен. И Феликс выбирает скулеж вместо гордости.

Чан обречён на одиночество из-за своей тёмной сущности. Но всё меняется, когда он встречает Минхо, таинственного парня с хитрым взглядом и тёплым сердцем. Их знакомство превращается в нечто большее, и Чан впервые начинает верить, что даже его можно полюбить.

Хёнджин нервно сглотнул, в последний раз взглянув на своё отражение. Маска закрывала лицо, глаза блестели из-под тёмной челки, а взгляд лихорадочно метался в попытке выцепить недостатки: выбившийся из укладки волос или пылинку, налипшую на костюм, — необходимо выглядеть идеально. Ему ясно дали понять, что даже забаненный айдол должен приносить доход компании. Эскорт — обратная сторона популярности для тех, кто познал успех, но был сброшен с вершины обстоятельствами.

Не успел Чан схватить его за руку, как Минхо уже уверенной походкой направился к паре. Его глаза сверкали азартом, а на губах играла беспечная ухмылка. — Эй, новичок! — громко позвал он, подходя сзади. В следующее мгновение раздался звонкий «шлёп» — Минхо со всего размаха хлопнул Феликса по заднице, после чего восхищённо присвистнул: — Классный зад, блонди! Прямо произведение искусства!

- Да что ты, по-твоему делаешь, - хнычет по-ребячески Хенджин, с которого тут же спадает весь этот налет профессиональной соблазнительницы. Он прячет порозовевшие щеки в ладонях и стыдливо жмурится, чтобы не встречаться с насмешливым взглядом любовника, который так небрежно пожимает плечами и бросает короткое «люблю», словно бы это самая очевидная вещь в мире. Хотя тут не было ни черта очевидного или нормального, Хван и понять то не мог, когда между ними возникла эта чертова связь.

Проблема. Ликс – удобный ребенок, переходный возраст обошел его стороной: мальчик понимающий, внимания к себе чрезмерного не требует, деньгами направо и налево не сорит, разве что мало интересуется родительским бизнесом. Только вот родителям невдомек, что этот драгоценный мальчик-зайчик до помутнения рассудка обожает трахаться с незнакомцами. Проблема лишь в том, что его сегодняшний гость - ни черта не незнакомец.

У Джисона на вершине пирамиды ценностей оптоволокно и безлимитный трафик. У Феликса – задница Джисона.

Наемнику Со Чанбину доверяют миссию: найти и уничтожить бывшего сотрудника криминальной шпионской организации. Задачка легче легкого. Так что между делом ему даже удается проехаться по живописным местам и закрутить роман с одним красавчиком из Тиндера. Но, пока миссия его быстро выходит из-под контроля, Чанбину приходится объединиться с тем самым парнем, которого он должен был убить, и все для того, чтобы распутать клубок тайн, ведущих к одной роковой ночи много лет назад где-то в Кимпхо.

Минхо снимает солнечные очки, опуская ствол дробовика себе на плечо. — Все еще дышит, — произносит он, затем чуть веселее добавляет: — Стоит ли мне это исправить? Или, Много лет назад Минхо оставил Чана умирать у реки Ханган. Но, как оказалось, Чан не особо-то хорошо умеет оставаться мертвым.

В один из вечеров Чонин понимает, что пропустил тот этап взросления, где все озабочены чувствами, отношениями и сексом. Сынмин тайно надеется на то, что все гештальты друг закроет с его помощью. Мимоходом минсоны и что-то там у хенликсов

Было решено превратить в сборник околоканонных зарисовок по житию-бытию в общагах. 1 драббл - После тяжелого рабочего дня принято решение завалиться на ужин в общагу к мелким и Минхо. 2 драббл - Потому что, когда предлагают одолжить Ким Сынмина, то нужно соглашаться. 3 драббл - Минсоны ссорятся 4 драббл - Йа, Ким Сынмин! 5 и 6 драббл - Групповой чат SKZ 🔥🔥🔥 (стилизация под переписку)

Безобидная прогулка по кладбищу оборачивается для Джисона и Сынмина неожиданной встречей со сторожем и его злой собакой. В попытках убежать с места преступления, парни оказываются под землёй, даже не подозревая, что через какие-то полчаса возродят многовековых вампиров, которые после этого ни за что не оставят парней в покое.

«Это неправильно», — понимает Чан, глядя, как Минхо улыбается Чанбину, а потом — ему. Он не должен влюбляться. Тем более сразу в обоих. Бан Чан не ожидает, что простая тренировка перерастёт в нечто большее. И уж точно не думает, что будет тянуться к двум людям сразу. Любовь, что начинается на репетиции, может изменить всё… особенно если разделить её на троих. История о том, как любовь не всегда укладывается в привычные формы и как трудно признаться не только другим, но и себе.

Чанбин обессиленно бредёт по тёмной улице, глубже кутаясь в воротник в попытке укрыться от пронизывающего до костей холода. И непонятно, то ли на улице так холодно, то ли это ощущение пустоты, внезапно охватившее его утомлённое тело, так действует на него. Чанбин не хотел, чтобы его друзья заметили его состояние, чтобы они узнали о его слабости. Он не желал падать в их глазах и не мог стать для них обузой. Отчаяние сдавливало горло, мешая говорить, и слёзы непроизвольно потекли по щекам.

Крис разволновался, подумав, будто что-то случилось, и пошёл за запасным ключом. Через минуту он открыл замок и увидел, что Йени в полном порядке. Хотя, это мягко сказано. В наушниках с закрытыми глазами полностью обнажённый он лежал на кровати, застеленной бельём нежно-розового цвета. Смуглое тело будто купалось в лучах послеобеденного весеннего солнца. Правой рукой он ласкал себя, левой же зажимал свой рот, пытаясь скрыть стоны.