Темная и ненастная ночь пробуждает в неуправляемом старшем брате Юджи Итадори еще больше доброты, и она не до конца осознает, во что ввязывается, когда пытается спровоцировать его еще больше.

Они оказываются там, где впервые встретились. Или: Сукуна, наконец, пойдёт с ней на свидание.

Небольшая зарисовка на тему Сукуна Рёмен/ОЖП.

— в его отсутствие...

В мире, где никогда не рождался Годжо Сатору, а ученица старшей школы становится сосудом короля проклятий, происходит то, что старалась предотвратить каждая живая душа: он воплощается вновь.

Уже в следующую секунду Сукуна, как дурная, но послушная псина, которой приказали «ко мне», безвольно дергается вперед – туда, к Фушигуро, к шелесту его губ.

Вообще-то, Сукуна натурал. Самый натуральный натурал. Да он натуральнее, чем голубое небо над головой!.. Стоп. Куда-то его не туда несет. Суть в том, что Сукуна уж точно не гей. Тогда какого хуя настолько кроет, пока бесячий Фушигуро грубо прижимает его к стене и жестко засасывает?

При свете дня ты со мной сражаешься – а во тьме ночи мне отдаешься. Разве не восхитительно звучит, Фушигуро Мегуми?

План был довольно прост. Они переспят – и никогда больше об этом не заговорят. Сукуна трахается со всеми подряд, так что для него это не должно стать проблемой, а Мегуми потеряет девственность и избавится от своих идиотских, дезориентирующих снов. Оба в выигрыше. Все перестает быть просто, когда Сукуна говорит «нет».

«Ты отдашь мне мое тело, глупый демон?» – снова голос, но теперь по губам провели пальцами. «Что за хрень?» – взбешено рычит Король, ни черта не понимает.

Итадори поглотил сразу пять пальцев Сукуны и потерял контроль над своим телом. Что же может произойти с девушкой, которая попала демону под руку?

Хедканоны [Магическая битва]

Сборник переведенных хэдканонов. "Магическая битва".

- За что вы так меня ненавидите, Нанами-сан?

— В день когда я родился с этими самыми гляделками — Сатору наконец тянет свою извечную ухмылку и Гето зеркалит в ответ своей — шаманский мир содрогнулся и мрачно ахуел. — Звучит захватывающе — хмыкает Гето, наконец встаёт и начинает отряхивать свои эти дурацкие шаровары — Как начало диснеевского мультика. — Из диснеевского у меня только внешность. — Не льсти себе.

– Почему именно сейчас ты вышел на связь? - Сатору обнаружил, что всегда готовое стремление подколоть Гэто у него как ветром сдуло. - Потому что я люблю тебя, и об этом надоело молчать, - был ответ. Гэто смотрел на него спокойно, не мигая. Без улыбки. Без иронии. Абсолютно серьезный и, похоже, даже не ожидающий взаимного ответа. Сатору уронил свою куртку на пол. Казалось, что его с головы до ног окатили холодной водой, а потом подожгли. Он так и застыл с широко распахнутыми глазами.

— Так тебя научить целоваться, Сатору? — произносит чужое имя на выдохе. Годжо краснеет ещё больше, хотя кажется, куда ещё, и отпихивает смеющегося Гето со своего пути. — Придурок, — уже больше автоматически выдаёт он, выходя за дверь. Ещё есть шанс успеть хотя бы на часть занятия, а Сугуру пусть тут остаётся. Хоть целуется сам с собой, хоть дрочит, хоть… Да хоть что.

Лучший друг твоего отца — Нанами, который прижимает твое лицо к простыням, когда он входит в тебя, придерживая зубами рубашку, чтобы он мог видеть, как ты принимаешь весь его толстый член.

Сатору отчаянно нуждается в массаже, так к кому же лучше обратиться, как не к знаменитому массажисту Сугуру, который по счастливой случайности является его лучшим другом, в которого он влюблён уже более десяти лет?

У Годжо острый язык, комплекс Бога и вовсе не божеские фетиши. У Гето слабеющие нервы, иссякшее терпение и возможность исполнить чужие желания.