У Се Ляня уютная квартира, белый хорёк по имени Жое, куча студентов и корзина проблем, собранная из вечных фиаско в отношениях, одиночества и старой незаживающей психологической травмы. У Хуа Чэна друг-аутсайдер, своя арт-студия и маленький с пулей в голове фенек. А ещё у Хуа Чэна дикий запас из любви и заботы, и теперь, кажется, он знает куда всё это девать.

На самом деле это всё вина Цао Вэйнина то, что Чжоу Цзышу сидит сейчас в этом дорогом ресторане рядом с каким-то богатым (и безумно привлекательным) парнем, который явно не знает, как пишется слово «порядочность».

После смерти Вэй Усяня Лань Ванцзи начинает молиться всевозможным богам. Одним из них оказывается Хуа Чэн.

Се Лянь поправляет круглые очки на переносице, откидывая прядь выбившихся длинных волос со лба, и продолжает наблюдать за своим сыном. au, в котором Хуа Чэн и Се Лянь забрали маленькое солнышко из детского дома.

У Фэн Синя чувства, а у Му Цина данный сотни лет назад обет. Но мешает не он. Мешают гордость и упрямство.

В последнее время Лань Чжань находит в шкафчике странные письма от тайной поклонницы. Пусть каждое слово в них пропитано честностью, он видит в каждой строке лишь отражение собственных чувств, ведь его сердце уже украдено солнечным парнем с красной лентой в волосах и тёплым смехом, Вэй Ином. Именно поэтому каждый раз, получив новое письмо, он читает и выбрасывает его... совсем не замечая полных надежды серых глаз, следящих за ним из-за угла.

— Ханьгуан-цзюнь, — повторяет Вэй Усянь. Сердце сжимает. Он хочет… но он правда собирался справиться с этими кошмарами до того, как они вновь встретятся, чтобы не обнаружить, что вновь полагается на близость Лань Ванцзи. Он не должен возвращаться сейчас. Но он так устал, и его сила воли рассыпается. — Да, — говорит он. — Хорошо. Заберите меня с собой в Гусу.

История о влюбленных идиотах, которые выходят замуж друг за друга, чтобы усыновить ребенка, не подозревая при этом, что их чувства взаимны, а брак не такой уж и фиктивный.

Постсаншот. С Вэй Усянем что-то происходит — он больше не тот веселый и бесшабашный молодой заклинатель из великого Ордена. Он стал угрюмым и жестоким, сторонится общества своих шицзе и шиди, а его нынешние развлечения пугают жителей Юньмэна. Цзян Чэн желает выяснить, что же его мучает, а заодно, как это можно исправить. Первая часть серии “Достичь невозможного”(https://ficbook.net/series/1203).

Сюэ Ян не просил Сяо Синченя его спасать, привязывать к себе тоже не просил, кормить вкусными конфетами он никогда не просил, любить не просил. Не просил, но теперь не может представить жизнь без своего Даоцзана. Около-канон, в котором Сяо Синчень подарил Сюэ Яну достаточно тепла.

Все началось с того, что Вэй Ину позвонили из школы. Свою он давно закончил, а вот его десятилетний сын, кажется, во что-то вляпался. Или в кого-то. (В кого-то, чей папа очень ничего такой)

— А-Лин, — Сычжуй чмокнул жениха в макушку и потерся о неё носом. Волосы омеги приятно пахли мёдом, а кожа отдавала цитрусовой нежностью, и в другой бы момент Сычжуй поцеловал доверчиво подставленную тонкую шею омеги, но не сейчас. Сейчас за ними следил недовольный взгляд главы клана Цзян, а Цзыдянь в его руке тихонько потрескивал, рассыпая мелкие фиолетовые искры. — А-Лин, не плачь, прошу. Омега оторвал лицо от чужой груди и хлюпнул носом. Точка киновари на лбу окончательно смазалась.

История, где Вэй Ина настойчиво прячут ото всех важных гостей, потому что он самый ужасный слуга в истории человечества. К сожалению, однажды спрятать его не получается.

— Лань Чжань, — умоляет Вэй Усянь срывающимся голосом. — Пожалуйста. — Вэй Ин, — голос Ханьгуан-цзюня дрожит. — Нет. — Упрямец, — ворчит Вэй Усянь, и это звучит одновременно сердито и нежно. — Мгм, — соглашается Ханьгуан-цзюнь, стиснув зубы. Вэй Усянь хочет, чтобы Ханьгуан-цзюнь жил, и готов отдать за это жизнь. Ханьгуан-цзюнь хочет, чтобы жил Вэй Усянь и отдаст за это свою. Как это похоже на них.

Вэнь Цин приглашает Вэй Ина поработать преподавателем на замену. Всё бы ничего, но в университете есть один весьма проблемный студент...