"Многие адепты ордена сгорели бы со стыда, если бы увидели своего Главу таким. Разметавшимся, непристойным, возбужденным, с пятнами румянца на щеках, прикрытым лишь своими волосами и телом Цзян Чэна. Любовники. Невенчанные супруги..."

Постканон. Траур Лань Си Чэня закончился, но он все еще нуждается в заботе. Забота Цзян Чэна прячется за ехидными словами и насмешками, но Лань Си Чэню нужна именно такая

Глава Ордена Лань, возможно, так и не позволил бы себе проявить неподобающие эмоции. Глава Ордена Цзян, возможно, так и не решился бы на неподобающие эксперименты. Вот только иногда праздник в тесном кругу - повод выйти за любые рамки, а заодно задуматься, не этого ли так долго не хватало им обоим.

Цзян Чэн может позволить себе маленькую слабость.

Лань Сичень и Цзян Чэн вместе, но из-за огромного количества дел, которые нужно решать главам кланов, видеться им удаётся нечасто. Долгожданное свидание спустя несколько месяцев после разлуки - на собрании совета всех кланов заклинателей. Но Сичень с ним холоден и больше держится своих названных братьев, отчего Ваньинь приходит в ярость.

Ничего особенного. Просто секс Цзян Чэна и Лань Сичэня на лотосовом троне.

Я хочу сказать, глава Цзян, что я чувствую себя таким одиноким. Потому что у брата есть господин Вэй, а моему дяде важны дела ордена. Я же… Я же остался совсем один. Я должен оправдать ожидания дяди и брата, всего мира заклинателей. Но я так устал. Я чувствую себя так, словно я никому не нужен. Я совсем не такой, каким они меня считают. Но если я не буду соответствовать их ожиданиям, меня никто не полюбит. Я никому не буду нужен.

— Я бы хотел провести с вами ночь. Лучше — несколько ночей. Вот и всё. Лань Сичэнь всё сказал и от облегчения не смог сдержать улыбку. Муть и тьма в душе чуть колыхнулись, впустив в себя солнечный луч надежды.

— Саньду Шэншоу, — он обхватил его лицо ладонями, оставляя влажный легкий поцелуй на верхней губе. — Ты такой замечательный. Цзян Чэн не видел его лица, но точно мог сказать, что Цзэу-Цзюнь широко улыбается, своей нежной приветливой улыбкой, напоминающий цветение лотосов в его родной пристани. — Тебе незачем так называть меня. — Кончиком носа он коснулся его лица и повел по щеке, когда на кожу вдруг попало что-то влажное. Случайно он растер дорожку слез по чужому лицу. — Сичэнь?

Цзян Чэну всегда было интересно узнать что заставит уважаемого главу ордена Лань потерять контроль. Ему всегда было интересно, какие звуки издает чопорный и правильный человек, которым он восхищается, в муках наслаждения. Будет ли он задыхаться или умолять? Будет ли он хныкать или стонать?