Вэй Усяню, Вэй Ину, Старейшине Илин тридцать три года, среди живых и мёртвых, когда его глаза горят красным, а чёрные ногти пытаются содрать бледно-белую кожу, крича и крича, сокрушая гору, кладбище братской могилы, и два оставшихся из четырёх Бедствия оглядываются.

(Для прочтения вам потребуется это: https://ficbook.net/readfic/12911221) Лю Цинге сожалеет о многом после своей смерти, поэтому он идёт и становится Бедствием.

Смерть не добра к Вэй Усяню. Мёртвые - тем более.

Вэй Усянь всегда чувствовал себя в воде, как дома. Воды хотели удержать его навсегда.

Самый первый Бог. Ему невероятно одиноко. Он видел много войн, смертей, процветание великих королевств и их падения. Он перестал верить во что-то хорошее. Но спустя столько веков он услышал: - Я люблю тебя. Но кто же это сказал?

Гонимый зовом "медной печи" я обменял свои радостные воспоминания на пару черных крыльев. Теперь меня зовут Темным фениксом. Я помню только обиды, несправедливость и жажду мщения. А утешения ищу на дне кувшина "Улыбки императора" или в холодных объятиях владыки Черных вод.

Вэй Ину всегда нравились Черные Воды. Родители точно убьют его.

..и один раз, когда Старейшина Илин позвал Короля Призраков.

У Вэй Усяня дрожали руки. Его самого знобило. Подождите... Озноб? Руки? У него есть руки? У него вообще есть тело? Что..? Его кто-то вылечил? Сколько он провел в таком состоянии. Сознание начало меркнуть вновь, хоть в этот раз и не под давлением боли и безумия, наоборот - мягко, будто кто-то убаюкал его. В последний момент Вэй Ин ощутил, как что-то осторожно провело по его волосам.Видимо, он и вправду сошел с ума.

Вэй Усянь случайно призывает Хуа Чэна в разгар «Аннигиляции Солнца». Что произошло бы, если бы Хуа Чэн заступился за него? *** — Это что-то новенькое? Песня, которую ты играл? Вэй Усянь немедленно повернулся в сторону, откуда доносился голос, и осмотрел его обладателя. *** Эта история описывает отношения между Хуа Чэном и Вэй Усянем. В этой вселенной Се Ляня не существует.

В последней отчаянной попытке выжить Вэй Ин мажет своими окровавленными пальцами по земле, чертя древнее запретное магическое поле. Открывается щель, и он проваливается прямо в неё, навсегда исчезая из мира. В этот день Старейшина Илин «умирает»… в результате собственного безумия. *** — Какой будет Ваша ставка? — спрашивает крупье. — Моя жизнь, — отвечает он. Он и так уже увядает. — Нет. Что-нибудь другое. И Вэй Ин выпаливает первое, что приходит ему в голову: — Тогда, мой первый раз.

То, насколько бережно и заботливо относится Собиратель Цветов к Вэй Усяню, каждый раз вызывало легкую сладкую боль в сердце у последнего и все ещё капельку неверия, что это происходит именно с ним. И все-таки, вот она реальность. Самая светлая и чудесная часть реальности за все время его существования. Когда в последний раз Вэй Ин мог позволить себе искреннюю, не натянутую улыбку до встречи со своим драгоценным супругом? Давно, слишком давно. То что всему этому предшествовало...

Толпа внимательно наблюдала, ожидая момент смерти Старейшины Илина. Солдаты уже предвкушали пиры в честь победы над злом. Но неожиданно над телом, что уже было на грани смерти, вознёсся столп света, предвещая вознесение. Открыв глаза, Вэй Усянь не понимал, как он оказался в месте с замками, у которых золотые крыши. Осмотревшись по сторонам, он увидел давнего друга Не Хуайсана, тот смотрел на него с удивлением. - Чего так смотришь? - Твои волосы, почему они белые? - Что? О чём ты?