Ги Хуна смущают в жизни только две вещи: нагота и вечные игры в гляделки. Нужно поговорить с Ён Илем о том, что ему не нравится, когда на него безустанно пялятся.

В любое другое время это показалось бы возмутительной наглостью — вторжение едва знакомого человека в личное пространство. Но здесь, на играх, пара проведенных вместе дней способна сплотить сильнее, чем год обычной жизни. Течка стремительно размывает границы допутимого; Ки Хун сдаётся и принимает помощь Ён Иля.

У него нет выбора. И он кладет себя на алтарь ради других.

Третий сезон «Игры в кальмара». Точнее, то каким бы я хотела его видеть. Сцены драки в туалете не происходит, и на следующий день просто начинается новая игра. Кто победит, кто умрёт, а кто поебётся — всё это можно будет узнать, прочитав данный фанфик. Удачи!

— вы же здесь, чтобы спасти нас? — в голосе ён ыля скользит надежда, которой ки хуну сложно сопротивляться. эти слова пропускают по нему электрический разряд, запускают цепную реакцию по всему организму. в той самой безликой массе он четко видит мягкие глаза ён ыля: и совсем не знает, как глубоко внутри в этих глазах пляшут огоньки ин хо.

— Ги Хун, кажется, я знаю, какие будут следующие игры. Что? Ён Иль смотрел прямо на него, как обычно он любил делать. Но прежде, чем переспросить, Ги Хун посмотрел на потолок — там висели различные рисунки человечков, которые… играли в игры? Но что это были за игры, в правилах которых люди должны были стоять в позе собачки…?

Это ужасная идея. Очень, очень плохая идея. — Хорошо, — Ги Хун соглашается, спокойно сдаваясь. — Что за игра? — Всё довольно просто, — объясняет Ён Иль, и в словах, которые он шепчет на ухо Ги Хуну, аж за километр сквозит удовлетворением, — ты выиграешь, если никого не разбудишь. Я выиграю, если ты это всё же сделаешь. /1 часть из серии «Болезненная одержимость»

— Нет! Ни за что, — Ги Хун краснеет от возмущения, — Я не собираюсь тебя трахать! — Таковы правила, их же только что объявили по радио, — Ён Иль смотрит самым невинным взглядом, на который способен, — Нам нужно заняться сексом, иначе мы не выйдем из этой комнаты.

—Ты ревнуешь — сказал Ки-Хун, толкая Ин-Хо в грудь. —Я не ревную. —Да, ты ревнуешь — повторил Ки-Хун, снова толкнув его для выразительности. —Ты самый ревнивый мужчина, которого я зна.. Глаза Ин-хо сузились. —Ты знаешь других мужчин? Ки-Хун замер. Его палец, в середине тычка, завис в воздухе, пока его мозг пытался обработать то, что только что было сказано. —Что? Или фанфик, в котором есть ревнивый и собственник Ин-Хо, который для разнообразия не токсичен по отношению к Ки-Хуну.

Что вы будете делать, если человек, которому вы доверяли на протяжении всей этой абсурдной игры, вдруг оказался ее Ведущим?

Игрок 001 открывает дверь в ванную, и как только она за ними закрывается, он поворачивается, сжимает в кулаке воротник формы Ги Хуна и запихивает его в кабинку туалета. Ги Хун спотыкается, удивлённо пыхтит, хватается за стену и смотрит на Ён Иля. — Что ты делаешь? — спрашивает Ги Хун. — Ухожу от камер — отвечает брюнет, как будто это очевидно. Ги Хун быстро осматривается. Здесь действительно нет камер, но были ли камеры в главной ванной? Он не уверен.

– Приснился кошмар?– прозвучал тот же самый голос, на этот раз немного ближе. Ги-Хун вздрогнул. Он узнал этот голос, низкий и бархатистый, пронизанный легкой хрипотцой. Ги-Хун моргнул несколько раз, и его взгляд, наконец, сфокусировался на темном силуэте, сидящем на самом краю его койки. – Ëн Иль? Это ты? – мужчина прищурился, - Что ты тут делаешь? – Я услышал, как вы ворочились. Вот и пришел проверить, все ли хорошо с вами.

Ненависть — это всего лишь обратная сторона привязанности.

Он почувствовал изысканный цитрусовый аромат. Казалось, что время снова остановилось. Или история, в которой альфы чувствуют своего омегу, несмотря ни на что, а омегам остается надеяться и верить, что альфы их не обманывают.

Жизнь Сон Кихуна выходит из-под контроля. Альфа, обременённый долгами, потерявший работу, недавно разведённый и рискующий лишиться опеки над дочерью, теряет всё. В отчаянии и алкогольном опьянении он блуждает по Итэвону, где его замечают члены Данггеом — безжалостной преступной организации, которой он задолжал. Его единственный шанс — присоединиться к этой организации, чтобы погасить долг. Он соглашается и погружается в жестокий мир, где каждый день — это борьба за выживание.

— Тебя ещё и тошнит по утрам. И ты стал раздражительным. Это началось не вчера, — сказал он тихо, в его голосе звучала лёгкая тревога. Ги-хун отвел взгляд, чувствуя, как щеки заливаются жаром. — Это просто стресс. Ничего особенного, — попытался он уйти от темы. Но Ин-хо не собирался отступать. Он мягко взял Ги-хуна за руки и сказал: — Ги-хун… ты беременен?

Иккинг сделал бы все, чтобы спасти Олух от голодного зимнего монстра, но он не ожидал, что ценой будет стать супругом бога, Йокула Фрости.

Джек и Иккинг познакомились на замерзшем озере, когда Иккингу было девять лет, они сдружились. Стали часто играть вместе на том же самом озере. Но дети растут быстро, как мы знаем. Парням придётся столкнуться с тяжелой разлукой на долгих 7 лет, а после встретится вновь.

— Я хотела сказать, что ты… — Что я, что? — Что ты полный болван, раз не замечаешь, как смотрит на тебя Джек! — Астрид… Я знаю. — Что ты знаешь? — Я знаю, как он на меня смотрит. Он думает, что я не замечаю. Но это не так…

Летать на драконе оказалось куда приятнее, чем с посохом. По обе стороны равномерно вздымаются и опускаются огромные крылья, они летят над водой. Остров остался далеко позади...