Влюбился волк — страдает вся стая.

— Нет! Ни за что, — Ги Хун краснеет от возмущения, — Я не собираюсь тебя трахать! — Таковы правила, их же только что объявили по радио, — Ён Иль смотрит самым невинным взглядом, на который способен, — Нам нужно заняться сексом, иначе мы не выйдем из этой комнаты.

— И мы даже не обсудим это?! Почему никто не говорит о том, что Ведущий положил глаз на четыреста пятьдесят шестого? Или история о том, как Круг решил, что очень хорошо разбирается в чужой личной жизни, и пытается это доказать (Треугольник и Квадрат умоляли его перестать, он не слушался).

Игрок 001 открывает дверь в ванную, и как только она за ними закрывается, он поворачивается, сжимает в кулаке воротник формы Ги Хуна и запихивает его в кабинку туалета. Ги Хун спотыкается, удивлённо пыхтит, хватается за стену и смотрит на Ён Иля. — Что ты делаешь? — спрашивает Ги Хун. — Ухожу от камер — отвечает брюнет, как будто это очевидно. Ги Хун быстро осматривается. Здесь действительно нет камер, но были ли камеры в главной ванной? Он не уверен.

Нелепый, неуклюжий и вредный, не обладающий в совершенстве ни одним качеством хорошего работника, вечно растрачивающий свою неугомонную энергию на молодых и привлекательных посетительниц, а главное, абсолютно не уважающий своих коллег, Танос, как он себя своевольно провозгласил, раздражал одним только своим присутствием. Нам Гю, на него глядя, перманентно закатывал глаза и отворачивался, стоило только крашеному неформалу вбежать в каморку персонала, как обычно, с опозданием на десять минут.

—Ты ревнуешь — сказал Ки-Хун, толкая Ин-Хо в грудь. —Я не ревную. —Да, ты ревнуешь — повторил Ки-Хун, снова толкнув его для выразительности. —Ты самый ревнивый мужчина, которого я зна.. Глаза Ин-хо сузились. —Ты знаешь других мужчин? Ки-Хун замер. Его палец, в середине тычка, завис в воздухе, пока его мозг пытался обработать то, что только что было сказано. —Что? Или фанфик, в котором есть ревнивый и собственник Ин-Хо, который для разнообразия не токсичен по отношению к Ки-Хуну.

Ин-Хо не спится. Ги-Хун — тому причина.

- Что вы скажете, если мы немного поднимем ставки? Я ставлю 500 000 на следующий раунд, - предлагает Продавец. - Ты хочешь ударить меня сейчас в живот или что-то ещё?, - с подозрением спрашивает Ги Хун, прикрывая одной рукой пылающее лицо. - Конечно нет, - говорит Продавец, - я всего лишь хочу сыграть ещё одну партию. Если вы выиграете, я дам вам 500 000. Если выиграю я, вы отсосёте мне.

Залетая в очередную стрипуху, бар или ночной клуб, Танос отчаянно цепляется за первую попавшуюся юбку, флиртует с каждой девкой без разбору, обжимается по углам с кем попало. Однако, при всём при этом он ещё и умудряется недоумевать — почему же это всё так не нравится его любимому парню Нам Гю?

Два парня, стрим и куча зрителей. Намгю скрывает тайну, а Танос только подливает масла в огонь. Кто из них первым раскроет всё? Рофлы, подколы и френдзона, а чату остаётся только гадать.

— Серьезно, ты под кайфом. Дай мне тоже что-нибудь. Пожалуйста, чувак, — бормочет Нам-гю, слегка выгибаясь, когда Су-бон разводит пальцы шире, чтобы растянуть его. Он не умоляет — просто ему действительно нужно что-то, чтобы оставаться в настоящем. — Я не под кайфом, — ровно отвечает Танос, ни разу не останавливаясь. Его свободная рука гладит бедро Нам-гю, слегка сжимая его. Нам-гю задыхается. — Что? — запинается он, оглядываясь через плечо, в замешательстве хмуря брови. — Я не под кайфом

Ён Иль — не Сан Ву, и Ки Хун должен напоминать себе об этом.

У Ки Хуна была милая привычка - время от времени покупать своему не милому парню букет цветов. Через них он пытался передать послания, которые Сан Ву никогда не старался расшифровать. В то же время одному незнакомому флористу не нужно было прилагать никаких усилий, чтобы узнать, что творится у Ки Хуна в голове и в сердце.

Ги Хун задаёт удивительно глупые вопросы. Сан Ву попадается один-единственный раз.

Он не желал ему смерти, не смог бы убить, даже если предстоял бы выбор между ним и родной матерью. Чо Сан-Ву дорожил им, уже не беспокоясь о своей собственной жизни; вернулся в игру только для того, чтобы провести Сон Ги-Хуна до конца, лично в этом убедившись.

«О2.38 высвечивается на часах, когда раздается оглушительный стук, хотя предыдущие несколько минут просто звонили в дверной звонок. Сан Ву лежит в наполненной ванне и не собирается вставать, кто бы там ни пришел.» --- Таймлайн - 2 серия