— Не кисни, dude. Не всё потеряно. Распахнув глаза, он мгновенно уставился на ухмыляющегося Таноса. Дающего голодную надежду избавиться от ломки. — О чём ты? Руками Намгю нервно теребил край своей футболки. Не мог дождаться очередной таблетки. Чего тот так тянул? — I'm saying you're lucky. И тут Танос высунул язык с наполовину рассосанным цветным кругляшком. / Или что было бы, если бы Танос выбрал вместо вилки — крепкую мужскую дрочку.

Третий сезон «Игры в кальмара». Точнее, то каким бы я хотела его видеть. Сцены драки в туалете не происходит, и на следующий день просто начинается новая игра. Кто победит, кто умрёт, а кто поебётся — всё это можно будет узнать, прочитав данный фанфик. Удачи!

Очевидно, это больше односторонняя привязанность, чем что-либо ещё, и факт того, что Нам Гю знает это и всё еще не переживает как стоило бы, кажется немного жалким. Так что, если вдуматься, нынешняя ситуация Нам Гю совсем не имеет смысла. Она, кстати, заключается в том, что он сидит с Таносом на этой дурацкой пружинистой кровати в полной темноте, и они вылизывают рты друг друга так, будто им по тринадцать и они только узнали, что целоваться с языком, вообще-то, возможно.

— Просто, — туманно ответил Намгю и прижался сильнее. — Когда я под дурью, хочется обниматься. — Да ты и без дури такой, — подметил Танос, усмехаясь уголком рта. Намгю приподнял голову, чтобы схлестнуть их взгляды: отчасти безумные, обречённые и отнюдь невеселые. Он смотрел так мгновение, а потом неловко улыбнулся. И в этой улыбке Субон рассмотрел то, что навсегда убило в нем что-то живое. — Недолюбили. Восполняю.

Нам Гю жмет крестик после третьей игры и никак это не объясняет.

Пока она хмурилась, Танос уже приспособил на Нам-гю обе руки и полез губами куда-то в сторону чужого лица. — Ну че творишь-то? — поморщился парень и отвернулся, от чего Су-бон успел только смазано поцеловать в щеку, сильнее обнимая на ходу и утыкаясь почти вплотную в чужое лицо. — В толпе на нас никто не смотрит, — заржал куда-то в ухо парень.

Это ужасная идея. Очень, очень плохая идея. — Хорошо, — Ги Хун соглашается, спокойно сдаваясь. — Что за игра? — Всё довольно просто, — объясняет Ён Иль, и в словах, которые он шепчет на ухо Ги Хуну, аж за километр сквозит удовлетворением, — ты выиграешь, если никого не разбудишь. Я выиграю, если ты это всё же сделаешь. /1 часть из серии «Болезненная одержимость»

Уже лёжа на кровати и прижимая к себе свою собственность Ин Хо осторожно провел кончиком пальца по скуле спящего мужчины. Все же, чтобы там не кричал Ки Хун, хоть какая-то польза от этих игр была.

Он станет его. Другом, любовником, кем угодно. Ин Хо станет лучшим другом, который когда-либо был у Сон Ки Хуна. Он пожалеет, что они не познакомились раньше.

Десять минут.

Ги Хуна смущают в жизни только две вещи: нагота и вечные игры в гляделки. Нужно поговорить с Ён Илем о том, что ему не нравится, когда на него безустанно пялятся.

Игрок 001 открывает дверь в ванную, и как только она за ними закрывается, он поворачивается, сжимает в кулаке воротник формы Ги Хуна и запихивает его в кабинку туалета. Ги Хун спотыкается, удивлённо пыхтит, хватается за стену и смотрит на Ён Иля. — Что ты делаешь? — спрашивает Ги Хун. — Ухожу от камер — отвечает брюнет, как будто это очевидно. Ги Хун быстро осматривается. Здесь действительно нет камер, но были ли камеры в главной ванной? Он не уверен.

Попытка восстания Ки Хуна провалилась, но теперь он, наконец, получает возможность встретиться с Ведущим, который предлагает ему ещё одну, последнюю Игру. Но у Ин Хо на него совершенно иные планы, и теперь Ки Хун становится игрушкой в его руках, вынужденный понести наказание за свою чрезмерную самонадеянность.

Ки-Хун проиграл. Его план провалился. Погибли люди. Он вернулся домой и стал строить новый план мести, но тут ему приходит уведомление. Два слова, складывающиеся в название ресторана. Что это? Очередная подстава или возможность раз и навсегда прекратить игру? Определенно тут было из чего выбирать.