Тошнотворное чувство одиночества, алкоголь и буйный нрав – вечные путники Бориса. Механик, что всеми силами держится за остатки здравого смысла и с горечью осознаёт, что привычный мир начал рушиться как старое здание. Из-за одной глупости учёных, что пытались спасти города от возгораний начались проблемы хуже. Сможет ли Борис не лишиться здравомыслия и выжить в этом безумном кошмаре?..

Когда всё замерло — это история о человеке, который всегда мёрз. В городе, где жара убивает быстрее, чем пуля, он всё равно мёрзнет. Он кутается в шарф, старается быть незаметным и не впускать никого внутрь — ни в дом, ни в себя. Евгений живёт в тени — не потому что боится света, а потому что свет его не греет. Пока мир вокруг постепенно сходит с ума, одиночество больше не казалось спасением. Евгению предстоит понять: что страшнее — пустота внутри или то, что стоит за дверью?

Когда солнце перестаёт дарить тепло и начинает убивать, люди прячутся в тенях, как крысы под раскалённой крышей. В доме на окраине собираются те, кто ещё дышит. Они боятся не только жары — среди них могут быть гости. Они выглядят как люди, говорят как люди… но что прячется под кожей, не знает никто. Подозрения растут быстрее, чем трещины на стенах. Дружба превращается в холодный расчёт, вера — в фанатизм, а любовь — в оружие. Солнце медленно ползёт к зениту. И в доме становится жарче.

Парень в куртке мирно стоял на крыльце дома, выкуривая сигарету с ментолом, что чуть дурманила и без того опустошённую сущность Жени. Его нехитрый ритуал прервали шаги сзади, напомнив, что живёт здесь не один.

Парень в куртке имеет не самое приятное прошлое. И его вынужденный сосед по комнате - мужчина из паба - случайным образом об этом узнаёт.

Снежная буря запирает группу незнакомцев в одном доме на Новый год. Как именно они планируют переждать ночь и эту ядрëнную зиму? И помнит ли кто-либо из них, что такое "тепло костра"?

Холод окутывал его постоянно. Может, он просто болен.

так ли легко стать гостем? ранее человеческий облик перестает быть таковым - принимает в себя всевозможные отрицательные аспекты упущенной жизни. причину смерти, страдания, пороки и привязанности. стать гостем это вечное желание забрать с собой в могилу причину незаконченных мук. есть только одно освобождение из того кошмара - полностью узнать своё прошлое.

В тот день по телеку передали, что одним из признаков Гостя теперь считается отсутствие волос на подмышках, из-за чего домовладельцу с тайным фетишем на эту часть тела просто снесло башню.

Протагонистом являешься ты. Дом твой, окна тоже. А вместе с тем и вся ересь, что так и норовила втиснуть свои богомерзкие придатки в деревянную раму. Ах, как жаль, что тебе это мило! ака "приколы блудного гостя на ночь", ибо мне не хватало фиков, где ноунейм анона долбит бледная харя и блаблабла— ДА, тут вы представляете себя или кого вашей душе угодно, наслаждайтесь

Моё виденье того, как персонажи могли бы взаимодействовать друг с другом.

Казалось, это станет очередным особенным летом, которое они проведут только вдвоём. Но мир решил сойти с ума.

Мерзнущий начал чаще ловить себя на мыслях о том, как ему нравится чужой нос с горбинкой, в отличие от собственного, практически такого же. Как Иностранцу все же идет серьга в ухе, невзирая на то что свои тоннели в ушах он ненавидел.

Безумие, сотворившее нечто новое.

Скрытые от посторонних глаз, в душном пространстве кладовой, они преодолевают языковой барьер через вкус крови, пота и неистовое, животное желание. В этом уголке дома нет места словам — только жарким прикосновениям, которые стирают грани между болью и сладостью.

Как окончился сеанс медицины, то домовладелец с шуткой и теплотой зыркнул на иностранца, убирая ватку и дёргая рукой за серьгу. — Пидорас? — с усмешкой спрашивает, глядя на облапошанное лицо, — или казак?

Он не помнил, когда впервые услышал этот язык — мягкий, чужой, почти шёпот из темноты. С тех пор дом стал теснее, а одиночество — живее.

Я впустил его в свой дом, этого не на секунду не замолкающего беловолосого улыбчивого парня в деловом костюмчике. Какими будут последствия: я либо раз и навсегда упокоюсь, либо...?