Невинные детские шалости на краю деревушки, через много лет повторившиеся в сознании Фаенона на том же месте, но уже с совершенно другим, более глубоким и взрослым контекстом. История о том, как тронутые взглядом Эона Разрушения, неловко признаются в своих чувствах.

Если Келус и полагал, что у Дань Хэна какие-то личные счеты с его бёдрами, это не меняло того, что он был ошарашен и крайне возбуждён.

Хвост Дань Хэна медленно распутался из клубка и потянулся к ногам Келуса. Тот настороженно наблюдал за этим аккуратным движением, однако что-то делать не спешил. Хвост легонько коснулся закрытой одеждой лодыжки и, не увидев сопротивления, обвился вокруг нее, постепенно ползя выше. Келус мысленно взвешивал все за и против своего положения, пытаясь решить, насколько опасно ничего не предпринимать. Любопытство брало вверх. AU Средневековье. Дань Хэн - дракон, Келус - авантюрист

Келус, решив прогуляться по экспрессу, забредает в вагон, в котором он раньше не был. Решив немного изучить это место, он находит тело пропавшей недавно Март-7, а потом отрубается, очнувшись прикованным к решётке в тёмной комнате.

Келус является Охотником за Стелларононом, который отправляеться на миссию в Лоффу Сянжоу, где его ловит Дань Хэн, который является старейшиной видьярдх.

Дань Хэн - видьядхара или проще говоря дракон, у которого вот-вот начнётся особый период. И есть Келус, который просто хочет потрогать милые рожки.

Три месяца назад Келус был самым обыкновенным бетой. Но чем больше времени он проводит рядом с Дань Хэном, тем страннее становится его поведение. Его тело выбрало альфу задолго до того, как он успел понять, что происходит.

Став невольным свидетелем чужих кошмаров, Келус понятия не имел, что станет для кого-то единственным утешением. Но вот он снова здесь, в комнате Дань Хэна, и тяжелое, прерывистое дыхание от касающихся его шеи губ, обжигающих ледяным пламенем чувствительную венку, и взволнованно бьющееся чужое сердце в груди, прижавшейся к собственной, для Келуса имели значение куда сильнее слов. А для Дань Хэна это было всем.

В этот раз Дань Хэн, не дослушивая, вновь трепетно коснулся манящих и столь желанных губ уже в прощальном жесте. Окончательно освободив руки, бывший видьядхара рывком притягивает за воротник ближе. Им не привыкать расставаться на время. Даже если это будет повторяться тысячи раз. — Ты самый безбашенный человек из всех, кого я знал, — его тепло проникало в самое сердце, изгоняя все сомнения.. так вот, что такое любовь? — Клянусь драконьей клятвой, что мы встретимся. — Ловлю на слове, дракон.

И сейчас Келус не будет зачислен, ведь кое-кто обогнал его по баллам.

— И что, это правда работает? - Не верюще прищурил золотые глаза Келус. — Нити судьбы никогда не обманывают. - Ухмыльнулась девушка, поглаживая золотую прядь своих волос.

Пособие о том, как не стоит пользоваться купальней Мраморного дворца.

Дань Хэн, чтобы отвлечь Келуса от неприятных мыслей, показывает обещанные красоты Лофу. Но маленькое свидание превращается в нечто большее, выводя отношения на новый уровень.

У Дань Хэна длинные волосы, хвост и очень чувствительные рога. Келус обескуражен, но очень любопытен.

Дань Хэн не любит свой истинный облик – он напоминает о прошлом. Но, возможно, Келус сможет это исправить?

Неполадка на борту экспресса заметно затянулась по времени. Теряющий от скуки разум, Келус уже не знает куда деть себя, в попытках стать сильнее. И помощь, как всегда, приходит оттуда, откуда ожидать её было попросту невозможно. Сомнительная золотисто-розовая коробка в его руках вселяет надежду, только вот её истинное предназначение – это не совсем то, чего ожидал герой.

Что такое быть первопроходцем?

– Ты кто такая? – удивленно произносит Келус, смотря на маленькое чудо-юдо, вцепившееся в ногу все ещё шокированного Дань Хэна. – Спасите Тоню от Папайки!!! Или история о том, как после очередного приключения на борт Звездного Экспресса тайком пробирается незваная гостья и случайно скрепляет два влюбленных сердца.

У видьядхар есть одна особенность - раз в полгода у них начинают чесаться клыки. Дань Хэна, после возвращения его драконьей формы настигает эта участь, из-за чего желание куснуть одного неугомонного Первопроходца возрастает до безумия.