Это был долгий и сложный путь, зато он не только привел их к сердцам друг друга, но и сплёл их души неразрывной нитью

Райна и не предполагала, что у неё есть самая тяжёлая для выживания в мире титанов фобия.

– В таких условиях вести дела слишком рискованно. Так что своего ты добилась – знатно мне подгадила. Теперь мы квиты, солнышко. – Квиты?

Ненавидеть того, кому когда-то спас жизнь… Кажется абсурдным? Для Райны это реальность. Пять лет назад она рискнула ради него, и теперь задаётся вопросом: стоило ли оно того? Стоило ей тогда рисковать, чтобы теперь иметь возможность смотреть в эти две бездны, чувствовать тепло суховатой кожи на шее, вздрагивать от горячего шепота на ухо? И всё ради того, чтобы в итоге оказаться под его гнётом, при каждой встрече моля о пощаде.

Стихотворение в память о пташках, что не получили своего счастливого финала.

Коротенькая зарисовка, возможно будут дополнения

Их вечер, их любовь и их многодневная тоска, что оборачивается палящим вожделением. И всё — со вкусом шоколада.

«Медаль, быть может, мне и не дадут, но наблюдать за занятым и сконцентрированным Ноа было чем-то очень завораживающим и убаюкивающим.» Небольшая зарисовка пропущенной сцены после душевой из предпоследнего обновления.

Они не заметили, как совершили отречение от своих привычных ролей. Как стали часто ощущать сомнения, не свойственные им по разным причинам. Священник, отдающий всего себя вере и благому делу, ведьма, горящая магией и желанием освободиться от проклятия. Слишком поздно поняли, как необратимо повлияли друг на друга. ‎

Как продолжать призывать к честному слову и действию, если я сам не соответствую этому? Как заставить себя прекратить это начало грехопадения, когда миледи льнет к моему телу все ближе, точно кошка в морозный день, что так отчаянно ищет тепло?

Мысли отказываются складываться во что-то внятное. Молитва кружится в голове скорее по отточенной привычке, нежели осознанно, ибо Господь — единственный, за кого я могу держаться в столь вопиющей ситуации. Всё моё существо жалко и безвольно тянется ко греху — моему личному греху, воплощением которого стала леди Норфолк.

Портрет, тех самых невысказанных чувств Ксандра - к Райне

Лестер и Ноа позвали меня в клуб, в который сами прежде не ходили. Кто я такая, чтобы не согласиться?

Между властью и чувствами всегда есть черта. Но кто решает когда её пересечь?

Прав был великий Шекспир, говоря о том, что избыток вкуса убивает всякое удовольствие. Оттого Шарма для меня так притягательна с первого дня знакомства, и как сейчас выяснилось – во всех смыслах. Мне никак не удается её распробовать. Аромат, нотки её самой вертятся на языке, но ускользают вместе с ней же шустро и стремительно, повелевая догнать, чтобы попробовать снова. И так по кругу.

— Ты хочешь уехать? — Всем своим видом Джейн пыталась не показывать своих настоящих эмоций, что сейчас внутри что-то громко треснуло. "Ничего не держит"? Рано или поздно момент расставания должен был произойти, он прав. Все, кто сейчас отдыхал в этом просторном доме, когда-то покинут его, а возможно, даже и не вернутся. В этом и есть суть быстрого отпуска вне дома.

Тисс глубоко вдохнула и толкнула дверь. В комнате приятно пахло травами и различными маслами. Недалеко от окна стояла большая ванна, в которой и расположился Тай. Действительно, полностью обнажённым видно его не было, лишь руки, плечи и грудь, но и этого оказалось достаточно, чтобы у Тисс перехватило дыхание, чтобы она невольно сглотнула подступивший к горлу комок, чтобы прикрыла глаза и постаралась отвлечься на что угодно.

Он променял бескрайние снега Гренландии на ее дождливый Копенгаген, но частица его души так и осталась в прошлом.

– Ты только не умирай, ладно?