Где-то на середине страницы Микаэль заметил, что его дыхание стало чуть сбивчивее, а температура тела немного поднялась. Сначала он решил, что просто устал. Но через несколько минут лёгкий внутренний жар перерос в узнаваемый любому доминантному омеге прилив — тот, который он не чувствовал уже много месяцев благодаря регулярному приёму подавителей. Сердце забилось быстрее, а мысли начали расползаться, цепляясь не за отчёт на экране, а за тянущий изнутри дискомфорт…

Возможно, когда он задавал вопрос о том, что хочет этот мужчина взамен информации, Микаэль догадывался, что заключает сделку с человеком, с которым лишний раз лучше не связываться. Тому не нужны деньги – это было ясно. Но что могло удовлетворить эгоистичную человеческую природу? Малек Синнер слабо ухмыляется. Микаэль пока не знает, но скоро поймёт: секреты гораздо ценнее денег. А чужие эмоции – бесценны.

— Благословенна ночь, Микаэль. Хотелось зарычать — но получилось лишь слабо выдохнуть. Ангел даже не развернулся, поправляя ворот на рубашке — привык, что Малек появляется в самый неожиданный и ненужный момент. И сейчас — тот самый.

Одри находит свой покой в том, чтобы щедро делиться собой и своей любовью с Рафаилом, Давидом и Кассиэлем. В это самое время Абаддон ака Малек Синнер лишает покоя архангела.

Через чур близкое общение преподавателя и студента может быть губительным. Только вот для кого?

Микаэль, Малек, вечер, полностью пустой лекционный зал.

Малек увлекается диалогом с Микаэлем и случайно пробалтывается, что однажды говорил с Кантом. Микаэль в шоке: неужели, профессор не простой смертный? Что же предпринять Малеку, чтобы и дальше держать свою личность в тайне?

Именно тогда ему вспомнилось, у кого он видел похожий взгляд. У одного из демонов, там, на Небесах, в Цитадели. Высокопоставленный, знающий цену своим словам и умеющий их правильно, безукоризненно верно подбирать. Да, Малек был похож на одного из них, - не с горячим темпераментом, не с ребячливой гордостью, а с умением видеть, слышать, и всё оборачивать себе на пользу.