Хэнк и Киса встречаются, просто друг другу об этом не говорят. Не все из них это знают.

Они идут некоторое время молча, курят, иногда невзначай задевая друг друга, а когда настает время расставаться, Киса бросает окурок под ноги и прокашливается: — Мог, кстати, так не распинаться, я долго ломаться бы не стал.

киса дергается каждый раз, толкается, превращается в ежика колючего, выпускает свои кошачьи коготки. а хэнк терпит, колется и царапается, но все равно лезет. лезет в душу самую, под ребра и сердце своими руками теплыми, горячими почти, хватает, заставляя его пропускать удары. младший хенкин отравил кису собой так, что ваня без него уже не может. кисе проще со стаффа слезть, чем научиться жить без этого поганого ментеныша.

Хэнк долго запрягает, Киса ждёт что само пройдет. Киса как обычно не прав. Хэнку от этого как обычно не легче.

У Хэнка ДР и Киса очень хочет ему что-то подарить. Коктебельский кооператив «Все знают, но молчат» представляет остросюжетную личностную комедию с элементами драмы(нет): Я тебе не враг, я – источник радости.

людей, которые раздражают кису, посчитать легко — восемь миллиардов сто восемь миллионов человек, и раздражают они его по одной простой причине не воспринимания всерьёз. хэнк исключением не был и тоже его раздражал, но по совершенно противоположной причине. ему ничего не нужно было доказывать, он принимал кису таким, какой он есть, и этим, сука, и бесил — своим вечным спокойствием и пониманием.

пять раз, когда хэнк касался кисы, и шестой, когда киса коснулся в ответ.

– Нельзя. – Киса пробует слово на языке, замирает, и пальцы на воротнике слабеют, у него ломается взгляд, он обдирает костяшки ударом по спинке качелей, тихо рычит и вырывается, вскакивает на песок, одёргивая куртку, и смотрит колючей смесью злости и недоверия. Хенку кажется, что на его глазах сгорела и стала антиматерией нестабильная звезда.

Хэнк настолько сильно волнуется перед первым свиданием с девочкой из параллели, что просит Кису научить его целоваться.

Когда Киса полез к нему в первый раз, Хэнк сначала даже не понял, что происходит.

Киса возвращается в мастерскую, после того как избил Хэнка. Кончается все своеобразно.

весна заканчивается

Самый стандартный типичный омегаверс, написанный ради удовлетворения низменных потребностей

– Чё, Хенкалина, нравится, когда на тебя так запрыгивают? – Кис, ебанулся совсем? – Да чё ты, успокойся. Представляй кого хочешь, можешь даже училку с прицепом свою. Глаза закрой, я не ущемлюсь. Я подыграю даже.

У Хенка давно уже не осталось нормального образа себя и виной тому не только труп в море.

Ты совсем что ли башкой ударился? У тебя батя под следствием, мы все замазаны в этом дерьме по уши, и ты спиздил его ствол? Чтобы что, нахуй, я не понимаю?!..

Хэнк не знает как дошло до того, что он стоит на коленях и выжидающе смотрит на Кису. Хотя нет он определённо знает, ведь Киса обдолбан не меньше.