Тео проклят и жаждет крови. Крови Лиама. А что Лиам? Этот запросто превратит охоту на себя в причудливую форму флирта. Неловкости — быть, драме и кровавой бане — не особо. // Практически сонгфик на Big Bad Wolf от Aesthetic Perfection, плюс жирненькая отсылка к сказке о Трёх Поросятах.

Лиам сталкивается с не очень очевидными проблемами в отношениях с вампиром.

— А может ли такое быть, что во всех этих омегаверсных фанфиках есть что-то такое, что возможно в реальной жизни? *** Лиам вдохновляется темой меток, а Тео просто хочет покоя.

— Ты правда предлагаешь мне встречаться из-за скиттлса? — Придурок. Только из-за фиолетового скиттлса, а не из-за скиттлса в принципе. Или: Тео заботится о Лиаме слегка странным способом, но это почему-то работает

— Я не думаю, что мне следует считать Скотта. В комнате всё замирает. В его груди нарастает паника. Ему не следовало упоминать Скотта. — Скотта? Скотта Маккола? Двадцать семь — я могу с этим смириться. Но Скотт? — восклицает Лиам. — Я предполагал, что твоё число будет высоким. У меня два, это легко превзойти. Но чёрт возьми, насколько же ты опытен, если даже Скотт есть в твоём списке. — Что ты имеешь в виду, говоря о двух? Что вообще происходит? — восклицает Тео в ответ.

Тео никогда не планировал оставаться в Бейкон-Хиллс надолго. Возможно, из-за того что это место перестало быть его домом много лет назад. Возможно, из-за всех плохих воспоминаний о прошлой жизни, которые испортили для него впечатление об этом городе. Теперь перед ним открывалась возможность совершенно иной судьбы. Все планы Ужасных Докторов, разработанные для него, умерли вместе с ними, и теперь Тео остался ни с чем. Он не мог ни подчиниться данному ему приказу, ни сам командовать стаей.

Лиам постоянно засыпает каждый раз, когда Тео появляется на встречах стаи... обычно на нем. Сначала все думают, что Тео, должно быть, самая удобная химера, которая когда-либо жила, но это начинает вызывать подозрения. ИЛИ пять раз, когда Лиам засыпает на Тео, и один раз, когда Тео засыпает на Лиаме.

Лиам: — Ты бы всё равно любил меня, даже если бы я был червяком? Тео: — …Что? Лиам: — Ты бы всё равно любил меня, даже если бы я был червяком? Тео: — Лиам, сейчас середина чёртовой ночи. ----- или: Тео просто хочет спать. Лиаму нужны ответы на серьёзные вопросы.

Когда Тео натыкается на тихое маленькое кафе недалеко от кампуса, он испытывает одновременно облегчение и волнение. Кофе отличный, и там достаточно тихо, чтобы он наконец мог спокойно делать задания, вдали от своих шумных соседей по комнате. По крайней мере, таков план. У бариста, который часто сидит за его столом, похоже, совершенно другие идеи на этот счёт.

Собаки нигде не видно. Значит, она все еще прячется. — Они все ушли. Теперь ты можешь выйти, — говорит Лиам своим обычным голосом. Проходит мгновение, но в конце концов морда собаки появляется из-под планок, затем голова, а затем и все остальное тело. Он ждет, пока она рысью подбежит и вскочит на ноги, прежде чем спросить: — Где ты припарковал свой пикап? Собака вздрагивает так сильно, что Лиам почти рассмеялся бы, если бы не абсолютная трагичность. — Тео, я знаю, что это ты.

После того, как Лиам разозлил новую ведьму в городе, он оказался проклят. Он будет проживать один и тот же день снова и снова, пока не остановит временную петлю раз и навсегда. Жаль, что он понятия не имеет, как это сделать и какое отношение к этому имеет Тео.

Когда Тео возвращается из Ада, на его запястье появляется имя. И он, может, и был бы рад соулмейту, но понятия не имеет, кто такой Вильям.

Когда Хейден расстается с Лиамом за несколько минут до того, как он запланировал сделать ей публичное предложение, Тео поднимается, чтобы спасти его от смущения быть отвергнутым перед всей стаей. Чтобы не разочаровать своего Альфу, Тео и Лиам решили продолжать симулировать свои отношения, пока они не придумают хороший способ закончить их и сохранить всех счастливыми. Чем это закончится?

- Тебе... плохо? – продолжает Лиам. - Что-то плохое случилось в твой день рождения? Он действительно надеется, что не прав - одна только мысль об этом вызывает у него яму в центре живота, - но, зная намек на все еще смутное и ужасное прошлое Тео, он бы точно не удивился. Горло Тео сжимается, когда он сглатывает: - Нет, - он закрывает глаза. Неровно выдыхает через нос. Вот оно, чувствует Лиам. - Я просто... не помню.

Тео не нравится его положение в стае МакКолла. Чувства к Лиаму делают всё только хуже.

Представьте себе картину. Лиам Данбар, стоящий на кровати на коленях, прикладывал ладонь парня к своей оголённой заднице. И тот самый парень, Теодор Рейкен, держащий другой рукой Лиама за плечо и уткнувшись ему в спину, издавал громкий стон.

После того как Тео стал жить с ним и его родителями, Лиама не покидало чувство завершённости, такого чувства, которое бывает, когда вставляешь недостающий пазл в картинку. Лиам не знал почему. Ведь не существует никакой конкретной причины, никакого логического объяснения, почему Лиам так вцепился в это побитое жизнью, жалкое существо.

Тео отключается от обсуждения, когда чувствует, как Лиам подсаживается к нему ближе, едва задевая плечом. Он кладет руку на бедро парня, слегка сжимая. – Хорошо? – спрашивает он и не знает, имеет в виду контроль над волком или контакт между ними. – Нормально, – бормочет тот угрюмо, – теперь лучше. Чертовы оборотни со своими чувствами.

- Мне не с кем целоваться в канун Нового года. Вилка с фриттатой со шпинатом и ветчиной останавливается на полпути ко рту Мейсона. Парень переводит взгляд на Лиама, который, как обычно, всем телом - все пять футов семь компактных дюймов - опирается о край любимого пуфика из шерпы Мейсона. - Знаешь, как сильно мне плевать? - говорит Мейсон. - Астрономически.

Лиам решает признаться Тео в любви в день святого Валентина