Ёшики выдохнул. И чуть отвернулся, чувствуя, как покраснел. Челка упала ему на лицо. — Ладно... Только я не умею. — Я тоже. Но я только что видел. В фильме. Знаешь, они делали это... — ладонь Хикару, чуть влажная от жары и нервов, осторожно легла Ёшики на щеку и повернула его лицо к себе, — вот так.

Йошики ожидал рано или поздно этот вопрос от существа, занявшего тело его друга, однако не спешил с ответом. «Есть что-то, чего вы не делали с Хикару?»

-Эй, Йошики, ты умеешь целоваться?

— Мама сказала, что до вечера будет у твоей, — как бы невзначай произнёс он, но в голосе скользнуло что-то тёплое, тянущее. — Мы одни. Йошики поднял глаза, но тут же отвёл их. — И что?.. — И… хочу кое-что показать, — Хикару оттолкнулся от стены и подошёл ближе, остановился прямо перед ним.

– Ну да, а ты не понял, что я давно не пишу?

– Да отвлекись ты уже от своей домашки! Голос прозвучал сдавленно, словно сквозь зубы, в котором смешались обида, раздражение и отчаянная попытка звучать как обычно – легкомысленно и беспечно. Ёсики повернул голову к беловолосому и задумался: когда же это он уроками то мог столько заниматься? Мысль была абсурдной. Учеба всегда давалась ему легко, лекции он схватывал на лету, а конспекты вёл больше для порядка..

Йошики было интересно узнать, насколько хорошо существо внутри его погибшего друга Хикару , знает о природе человеческого тела.

Он начал двигаться, чередуя ритм: то грубые, резкие толчки, которые вырывали из юноши вопли и стоны, то плавные, медленные, дразнящие движения, играя с каждым нервным окончанием и разжигая в обоих огонь желания. Каждое прикосновение, каждый толчок становились частью напряжённой игры контроля и безудержной страсти.

— Я так хотел бы почувствовать что-нибудь, Ёсики. Хоть что-то. Просто чтобы понять.

Ни для кого не было секретом, что Ёшики наотрез отказывался стричь свою чёлку. Ему твердили об этом снова и снова, будто это было какое-то заклятие. Но истинную причину его упрямства знал лишь Хикару.

В объективе уже был спящий Хикару. Йошики хотел запечатлеть всё: изящное лицо, тело, вытянутые руки и даже арбуз, стоящий позади.

— Тебе больше нельзя от меня отдаляться. — яростно шептал "Хикару", продолжая вгрызаться в его губы. — Иначе я окончательно сойду с ума.

— Ты чего делаешь? — глаза Хикару расширились от удивления и паники. — Хочу, чтобы ты расслабился, — твёрдо заявил Ёшики, положив ладони ему на плечи.