Минхо ощущал каждой клеточкой своего тела, что под ним сокрыт целый зверь. Когда он освобождался от цепей и выходил на охоту – он рвал зубами человеческую плоть, потроша ее на куски. Ему не страшна ни кровь, ни крики, ни боль. Он этим питался. Он этим жил. И Минхо думал, что всякий входящий в больничное крыло будет остерегаться его клетки, однако что-то явно пошло не так, когда однажды новый лечащий врач с теплотой в голосе начал называть его просто-ласково – Котёнком.

Когда порог комнаты пересёк неизвестный парень, Минхо подумал, что так называемый сосед не сможет перевернуть его жизнь с ног на голову. Но, оказалось, сможет. — Можно я лягу на твою грудь? — прошептал Джисон. — Я же сказал тебе меня не трогать. — Спасибо, — Джисон все-таки лёг на его грудь.

На одну из тренировок Джисон приходит с чёрными ногтями, а Минхо во время разминки в шутку просит помочь с растяжкой. — Растянешь меня, Джисон? — Вечером, детка.

Джисон думал, что нет ничего хуже, чем провести Рождество в компании Минхо. Но, будучи запертым в старом доме из-за снежной бури наедине с ним, Джисон понял — вот оно самое худшее. — Раздевайся, — Минхо начал снимать с себя куртку. — Ч-что? — Раздевайся, говорю. Если хочешь согреться, придётся снять с себя часть одежды, — он снял с себя свитер и принялся расстегивать штаны. — В экстремальных условиях холода, прижимание телами друг к другу может помочь сохранить тепло.

История любви, казалось бы, абсолютно разных людей. Начало их роману заложил сын Минхо, который во время дня профессии в школе заявил перед всеми, что когда вырастет, станет таким же крутым мафиози, как и его отец. Минхо, конечно же, вызвали в школу, потому что молодой учитель Хан Джисон твердо решил заставить его заняться воспитанием ребенка и не позволять ему смотреть боевики. Кто же знал, что мальчик знает о мафии не из фильмов.

Впервые за очень долгое время ему было тихо.

Джисон сам виноват, что кинул бумажку со своим именем в ритуальный огонь. Теперь его мужем должен был стать альфа, которого боялись даже волки соседних деревень. Если духи решили свести свободолюбие и суровость, то они ошиблись. К счастью, Джисон не догадывается, что духи никогда не ошибаются.

Минхо по доброте душевной идёт на поводу у своего младшего брата и соглашается приютить у себя на месяц столичного художника, который давно планировал выбраться в провинцию на этюды…

Сможешь жить без меня? Живи.

Просто бывший Джисона мафиози.

Хёнджин был гораздо глубже, вдумчивее и ранимее, чем казался с первого взгляда. Он так остро чувствовал эту жизнь. Минхо чувствовал примерно нихуя. Чувствовал себя давно уже мёртвым. Но рядом с Хваном становилось как-то теплее.

В твоих объятьях я обрету дом, что так жаждала отыскать моя неприкаянная душа.

— Пиздец, Хённи! «Имей уважение!?», — взорвался Аен. — Это ты, блять, имей уважение. Сколько раз я просил тебя не называть меня Нини вне миссий?! — не видя реакции от увлечённой парочки, продолжил ещё громче: — Да прекратите вы, блять, лобызаться! Ты сейчас съешь его! Хёнджин!

—Хëн, скажи честно: ты импотент? Минхо уставился на Хана офигевшими, идеально круглыми глазищами, пару раз непонимающе моргнул и возмущенно рявкнул: — Нет, конечно! С чего ты вообще такое взял? — Тогда почему ты на меня совершенно не реагируешь?