Робин сказала, будут знаки.

Lettergate | Наконец, Оди врывается в комнату Уилла и с громким стуком опускает на его комод большую темную шкатулку. В ней — два десятка писем; правда о том, что творилось в голове Майка Уилера с ноября 1983-го. Уилл знает, что не должен их читать, — но, наверное, он всегда был жадным. Хотел получить все и сразу: хороший аттестат, спокойное лето, новый набор масляных красок. Хотел, чтобы другие приняли его ориентацию, и взаимную первую любовь. Разве так можно, Уилл?

— Я живу в твоем доме, Майк, — сказал он, скрестив руки в защитной позе. — я думал, ты уже сыт мною по горло. — Ничего подобного, — Уилл вздрогнул от голоса Майка и резко повернул голову, дабы посмотреть на него. || Байерсы проводят свой первый год с Уилерами. Уилл учится уживаться с Майком, а Майк учится уживаться с переменами. ||

Майк сам сжёг мосты между ними, хотя им они никогда и не требовались — бездны-то не существовало: были лишь они напротив друг друга с открытыми сердцами, без лжи, тайн, поцелуя в четырнадцать, аэропорта с отвратительной фальшью и касанием, достойного незнакомца, без криков, сжигающего внутренности яда ненависти к себе и обществу, которое сказало Майку, что он должен жить как надо. У них всё было когда-то. А теперь нет ничего, кроме неловкости, ревности и чёрного гнева внутри Майка.

— Кто такая Тэмми? — выпаливает на одном дыхании вопрос, не дающий ему покоя всю поездку. Нет, точнее! — Что значит Тэмми? Тебе кто-то нравился? — голос предательски срывается, почти дает петуха, будто ему снова тринадцать. У него нет права на такие вопросы, Майк играет по правилам, которые выстраивает Уилл, но тот сам нарушает их первым. Эта просьба, это признание, эта честность — не для него одного, сразу для всех, и все же. — Майк, — растерянно выдыхает Уилл. Его взгляд — как шипучка.

– Наверное, мне уже пора, – неохотно признал Уилл. – Зачем? – недоумëнно поинтересовался Майк, лениво листая страницы комикса. – Что зачем? – Зачем тебе уходить? – между бровями Майка пролегла морщинка, когда он нахмурился. – Ты можешь остаться здесь, почему нет? Ляжешь на полу или со мной, сегодня довольно прохладно.

Говорят, что тех, у кого нет больше надежды, запутанные лесные тропинки приведут к домику на холме. И этим несчастным подарит надежду Уилл Мудрый. Воину с красным сердцем на тяжёлом стальном нагруднике повезло дойти до его дома, когда надежды уже не оставалось.