пока Стив мечтал о детях и семье, Ненси мечтала построить карьеру. в этом они с Джонатаном и сошлись. однако по итогу мечты из них троих сбылись лишь у неё. но судьба уже решила как склеить два разбитых сердца.

Джонатан, знал, что хотел этого, не сильно конечно, но в душе он достаточно сильно желал этого, а именно того что щас он впускает в свою небольшую квартиру в Нью-Йорке ни маму или младшего брата, а Стива Харрингтона.

С Нэнси он боялся сказать лишнее слово, а с Джонатаном он был честнее. Стив откровенно говорил о том, чего хотел, и их желания всегда совпадали. Поэтому он просто признался ему.

Стив просто предложил Джонатану выпить, чтобы отпраздновать победу, а Джонатан согласился. Они не ожидали, что это закончится откровениями, столь необходимыми им обоим.

Битва давно закончилась. Хоукинс стал налаживаться, как и жизнь ребят, но к чему приведет еще одна общая встреча?

— Знаешь, я хотел бы, чтобы всё сложилось иначе, но никогда не понимал почему… то есть как это произошло с нами, — Стив смотрит, пристально что-то обдумывая. Он наверняка думает о том же, может быть так же часто как и сам Байерс. А может и чаще.

– Я хочу фотографию с тобой, Байерс, – горячее дыхание бьёт в шею и слегка покалывает кожу.

Байерс горько и иронично усмехается, уткнувшись в свои конспекты по математике. На что он вообще рассчитывал?

После потасовки между Билли и Стивом Джонатан чувствует себя слегка некомфортно. И в первую же встречу с Харрингтоном решает выяснить, что происходит с ними на самом деле. *** — Значит, Билли Харгров? — Конечно, Билли Харгров. Именно поэтому сегодняшнее утро я провожу здесь, в твоей спальне, разбирая с тобой недавние фотографии.

- Ладно, черт возьми. Но ты будешь должен мне, мелкий засранец. - Майк начинает активно кивать и быстро назначает время, и пока Стив не успел передумать, резко разворачивается и уходит к стоящему в стороне Уиллу. Харрингтон поворачивается к Джонатану, смотрит на его спокойный взгляд и понимает, он только что сделал ошибку мировых масштабов.

–Боже, твой запах сводит меня с ума, ты знаешь? – горячий шёпот ласкает ухо застывшего юноши. – Этот аромат шоколада, чернил и кофе... Знаешь о чем я думал Байерс? – Джонатан не мог даже толком дышать.– О том как меня бесит этот парнишка рядом с тобой, о том, как схвачу тебя за руку втолкну тебя в этот туалет и зацелую твои раздражающие губы до синяков.

Стив отлавливает его после урока у мистера Кларка, затаскивает за руку в ближайший темный угол и зажимает между своим телом и холодной стеной. – Ты, – шипит в самое ухо, зло и очень, очень колюче, – и Нэнси… совсем нюх потерял, Бауэрс? *** – Вижу, ты привязался к Дастину, – подытоживает Джонатан. – Его покорила наша бита или ты справился сам? – Вижу, ты променял свое шмотье на нечто дельное для сегодняшнего праздника, – Стив барабанит пальцами по капоту машины.

Take a pill or two, Wanna figure out you. Fumes and the tune They fill up my room.

В работе вы увидите невзаимную любовь Джонатана к Стиву, но действительно ли она невзаимна? Желаю приятного прочтения.

— И ты все еще влюблен в Нэнси? Стив все еще влюблен, но вовсе не в Нэнси Уилер.

— эй, фрик, ты случайно не заразился от своего зомби уилла? — со стороны слышится звонкий смех, явное соглашение с этой “шуткой“ — эй, байерс, тебя не учили отвечать? вдруг ты тоже заразный? я боюсь подхватить! — и снова этот смех. в горле встал неприятный ком, который больно давит на глотку. руки сжались в кулаки, желание врезать нарастает, но страх о том, что дальше будет хуже резко останавливает посылы джонатана.

когда-то, после одной холодной банки пива в компании эдди, стив задумался о том, что каждый человек ассоциируется с каким-либо цветом. это показалось ему странным, но от этого чувства избавиться не получилось.

дискриминация, от которой байерс страдал длительное время медленно разъедала его, не давая шанс на спасение. но, этот шанс все же прибыл к нему в лице самого главного источника его дискриминации и помог ему, обещая не вспоминать прошлое. все ли обещания выполнены?

Джонатан посмотрел на него- почему он продолжает так смотреть...? В его глазах было что-то, что Стив не мог расшифровать, сладкое, липкое...реальное. "Ты можешь быть со мною честен, Стив Харринтон?"

Конечно, Джонатан много усердно трудился. И он утверждал, что он был в полном порядке.