Все думают, что Фэн Синь — альфа. И у них нет причины сомневаться в природе этого громкого, агрессивного и сильного Бога Войны. Зачем? Да и не то чтобы есть желание расследовать этот вопрос. Вот только все ошибаются. А Му Цин однажды обнаруживает омегу, соорудившего гнездо из его одежд.

Когда два мира схлопнутся, ничего хорошего ждать не придётся. Что будет, если дети ХуаЦинов попадут в мир ХуаЛяней? И если дочь сама попаданка из реального мира, которая читала новеллу, то что делать их сыну? Как себя поведёт прославленный в своём мире Бог Войны, увидев своего отца с другим?

— Отвали, — шипит Му Цин, но это только побуждает Хуа Чэна наклонить голову таким образом, что его губы почти касаются уха Му Цина, дразня каждым горячим вдохом. — Это Фэн Синь? — Хуа Чэн шепчет ему на ухо. Му Цин крепко зажмуривается, унижение и возбуждение одновременно проникают в его живот. Боже, почему одно только имя Фэн Синя вызывало такие грубые чувства?

А затянувшийся в шрам укус на шее всегда будет напоминать о том, что он и его жалкая жизнь принадлежит его альфе.

—Генерал Сюаньчжэнь. Он останавливается как вкопанный и спокойно поворачивается лицом к мужчине. Он кажется спокойным, но это не так. Он в форме Фу Яо, никто не должен знать, кто он. Это уже заставляет его насторожиться, но это еще не предел. Из-за спины мужчины к нему летит серебристая бабочка. — У меня есть то, что ты хочешь. Ты знаешь, где это искать. или Хуа Чэн проникся симпатией к му Цин, и между ними расцветает романтический намек.

События происходят сразу после битвы с небесным императором, когда мир уже не сможет стать прежним. Наши генералы юга переосмысляют свое отношение друг к другу в связи с новыми происшествиями...

Правда была в том, что Му Цин точил свой язык с детства. Он преуспел во лжи, в блефе, во фразах с двойным-тройным-да-сколько-там-их дном. Но со всем этим невероятным умением он был абсолютно ничтожен в искренности. Искренность всегда выходила ему боком, он понял это слишком рано, чтобы продолжать её проявлять. А правда была в том, что он уже сам не понимал — где начинается ложь, а где он сам.

Му Цину трудно попросить о помощи, когда кто-то забрал его духовные силы. Каким-то образом это приводит к тому, что он начинает спать с Фэн Синем.

Фэн Синь и Му Цин женятся, чтобы сохранить контроль над югом. С этого дня им приходится убеждать всех в трех мирах, что они по уши влюблены друг в друга, если они не хотят, чтобы обман раскрылся.

В последней отчаянной попытке примирить двух генералов Се Лянь соглашается на таинственный план Хуа Чэна. Каким же будет неожиданный подарок от Алого Бедствия, и поможет ли он прекратить извечное соперничество?

Нейтири плачет — на этот раз от счастья. Великая Мать услышала ее.

Му Цин думал, что про него все забыли, а его супруг и вовсе нашел другого. Но что, если отсутствие Фэн Синя значило совершенно другое? Каким будет день рождения одного из беспокойных жителей Небесной столицы?

Как Шэнь Юань, он никогда не был достаточно здоров, чтобы понять, что такое гон. Поэтому, переселившись в тело Шэнь Цинцю, он понятия не имел, что чувствует, пока не обнаружил себя нависшим над Ло Бинхэ в постели с зудящим желанием спариться с ним и размножиться, как последнее животное. Блять.

- Мо Сюаньюй вернётся в Башню Кои, - строго прозвучал больно знакомый голос. Вэй Ин чувствует, как задыхается.

А-Сянь всегда был похож на своих родителей. В частности, от Се Ляня он унаследовал желание сеять добро и помогать слабым. Вот только после кровавой резни Безночного Города Старейшина Илина понял, что родители старались оградить его от подобных ошибок...

Романтический вариант на тему "А что если бы"... А что если Лань Сы Чжуй давно уже сходит с ума по Цзинь Лину? ^_^

— Сними мою ленту… я не хочу, чтобы она помялась или испачкалась. Услышав эти тихие слова, Цзинь Лин не на шутку испугался и отпихнул от себя голову юноши, а затем, немного подумав, ещё и отполз подальше. Совершенно позабыв про свою наготу, глава Ланьлин Цзинь вдруг натянул на лицо грозное выражение и в ярости выпалил: — Даже и не подумаю трогать! Тебе нужно — ты и снимай ее сам!

У самосовершенствования много путей, но глава Лань выбрал самый непростой.

Лань Чжань, признаться, никогда не думал, что когда-нибудь выйдет замуж. И вот его уже обряжают в свадебные одежды.

— Вэй Ин, хочу гнездо!