"Я тебе девчонок подгоню таких, что потом неделю стоять будет!" — заверял по телефону Герман, а Дима снисходительно вздыхал. Если бы он только знал, что все так и сбудется, правда, с одним маленьким отличием...

- Это твоя сестра, - так же, как я, на грани слышимости сообщает, перекатившись на бок. - Написала, что яйца мне оторвет, если я попробую забраться в твою кровать. - А ты попробуешь?

У Кирилла вроде как появляется близкий друг. Жнецов решительно против и "близкого" и "вроде как".

которого никто никогда не любил.

...и думать, как младший брат твоего лучшего друга позвонил через неделю после восемнадцатого дня рождения и прошептал: «А теперь я достаточно взрослый, чтобы рассказать, что сейчас делаю под одеялом?..»

Мы привыкли играть в прятки. Быстрый минет в туалете под шум бегущей из крана воды, тихий секс в спальне в компании шалящих нервишек и паранойи: не проснулся ли Владлен посреди ночи попить или отлить. Вряд ли его при случае убедила бы версия, что Макс-лунатик совершенно случайно оказался под одеялом его младшего брата со спущенными трусами.

Думал, когда меня отбрили, что он отрицает и палиться не хочет, что нас ждет какая-то история принятия своих чувств, встреч как бы невзначай, взглядов, пойманных в толпе, и признаний дрожащим голосом — а потом любовь. Выстраданная, крепкая.

Мы в точке пересечения наших мыслей. И ничего вокруг больше не существует, пока мы вдвоем.

Издевался, тварина. Надыбал где-то Лёхин профиль и голосовуху прислал — напечатать тяжело, блин? Что за неуважение к человеку? Ленивая жопа по всем фронтам. Лёха тоже нажал микрофон и спросил: «А ты зассал, что ль?» Савченко молчал недолго — видимо, у него там открылся оральный фонтан, потому что снова высветилось это — Иван записывает аудио… «Смотря что ты собрался со мной делать, Алексей».

Безумно можно с замиранием сердца нестись к нему на всей скорости в эти новые, пугающие чувства. Безумно можно смотреть на него украдкой исподлобья, ловить каждый взгляд, улыбку, дыхание, шепот. Безумно можно быть первым.

Можно всю жизнь протянуть, лелея бестолковую несбыточную мечту. А можно...

У всех свои проблемы: кому-то не даётся физика, кто-то хочет похудеть, ну а Вика очень переживает, что в свои семнадцать ещё ни разу не целовалась. И чтобы решить эту проблему, она готова обратиться за помощью к тому, кого презирает всей душой.

Чел с рыбами. Он же Фишер. Он же Рыбачок. Он же Арт. Он же Тёмыч. Он же ас. Он же просто тот, без которого счастья нет.

Напоминаю задание: напишите рассказ на тему "Курортный роман". Объем не более 3 тысяч слов. Слеш. Романтика. Обязательно использовать пять слов: стул, кукуруза, вантуз, сметана и фиолетовые колготки.

Что это милое создание забыло в такой глуши?

Лучше б он вообще не в этом доме, районе и городе жил. А еще лучше — не на этой планете, а где-нибудь на кольцах Сатурна.

Никита после развода родителей переехал в не самый благополучный район. Здесь поколениями живут простые работяги, а местная молодежь не отличается толерантностью. После случайной стычки в парке Никита знакомится с парнем по прозвищу Демон. На районе он известен тем, что без страха ввязывается в драку, ходит на стрелки с друзьями и ненавидит педиков. Случайное знакомство перерастает в дружбу, но есть кое-что, что способно все испортить. Демон не знает, что его новый друг — гей.

– Юлька, короче, я придумал, мы с тобой будем членами перед камерой трясти, за деньги, – голос у меня бодрый, но зад в это самое время делает предупредительно-пугливое «жим-жим». Юлёк поднимает взгляд от телефона и некоторое время хмурится. – Я не совсем понял или, возможно, ослышался, – говорит он в переводе с пацанского своим лаконичным: «Че?» Хорошо, что я шарю в этом иностранном языке.

Отец Валеры купил двушку в городе, куда Валера тут же радостно переселился из универовского общежития. Но счастье Валеркино не продлилось долго, и папахен подселил к нему какого-то дальнего родственника из деревни Лобнянка. Родственничек оказался той ещё личностью: автозвукер, турникмен, водятел, быдло лобнянское обыкновенное. И сначала Валера хотел от него избавиться, но потом… Оказалось, иметь в хозяйстве такую зверюгу — очень удобно, а доводить его гейскими шутками — весело.

— А вот если ты телкой был, ты б мне дал? — спрашивает Паха, и я давлюсь коньяком.