Райна, новобранец разведки, выживает в мире строгих приказов и изнурительных тренировок. Один вечер в баре обещает ей глоток свободы, но встреча с тенью из её прошлого превращает редкий отдых в минное поле, грозящее раскрыть чувства, которые должны были остаться похороненными.

Всё было предсказуемо — и всё равно интригующе. Потому что даже в этой предсказуемости таилась своя прелесть: наблюдать, как она верит в свою победу над ним, совершенно не подозревая, что он давно просчитал все её ходы.

Но теперь, абсолютно точно, брюнетка знала — её относительному спокойствию пришёл конец вместе с появлением Ксандра здесь, а он, в свою очередь, только рад его потревожить.

Их свела ненависть — она крепче любви. (главы будет еще добавляться по мере вдохновения и отклика🖤)

Ревность — оборотная сторона любви: тьма, что питается страхом потерять самое дорогое, то, что является смыслом жизни. И на этой войне нет привычных правил: каждое, казалось бы, верное действие, может привести к непредсказуемому результату. Всё здесь подчиняется иным, непривычным правилам, — и чем быстрее ты поймёшь эти правила, не имея ни устава, ни инструкции, тем больше у тебя шансов не просто победить, но и выжить. Он вступил в эту битву. И он победит. И сделает для этой победы всё.

Дежурства превращаются в привычку. Привычка — в зависимость. И никто уже не понимает, где граница между веществами и друг другом.

Мысли путаются, сплетаясь в комок противоречий: Ненависть. Жалость. Желание. Страх. Любовь. Любовь? Да, чёрт побери, любовь. Извращённая, уродливая, выросшая на крови и грязи, но это всё, что у нас есть.

На эту реплику Ксандр лишь терпеливо вздохнул. Несколько секунд он помолчал, видимо, давая ей возможность передумать, но, когда того не произошло, с наигранным сожалением произнес: — Что ж. Раз по-другому тебя не разговорить… — Он принялся расстегивать ремень. Райна с широко распахнутыми глазами наблюдала за тем, как он закручивает его основание на запястье. Металлическая пряжка опасно звякнула и повисла в воздухе. — Мне придется применить силу.

Ван Хейс привык контролировать ситуацию, держать какую-никакую дистанцию, но с Райной всё шло прахом. Она пробивала броню, не прилагая к этому никаких усилий — просто будучи собой.

— Ксандр...нас могут услышать.. — прошептала Райна и выгнулась навстречу ему, её пальцы впились в его плечи, будто пытаясь удержать этот момент, сделать его бесконечным. — Мы будем тихо, да, моя кошечка? —прошептал Ксандр, прижавшись носом к её щеке.

Между властью и чувствами всегда есть черта. Но кто решает когда её пересечь?

— Милый Ксандр, — прикусив губу, я пробую на вкус новое обращение, и оно мне до дрожи в коленях нравится, — я сдала тебя полковнику. Все, что знала, всем поделилась с превеликим удовольствием. Приятная беседа получилась.

Он ушел, а не бросил. А это две разные вещи.

— Ты притягиваешь неприятности, как магнит, моя дорогая Райна, — с привычной ухмылкой заметил Ксандр. — Правда? Спасибо, я уже поняла, ведь здесь, — она нарочито ядовито подчеркнула последнее слово, — ты.

– Что ты сделаешь теперь, Райна? Его голос, срывающийся. Хриплый. – Отпусти меня! Сейчас! – Ты можешь остановить меня. ... – Ты моя, детка. И я собираюсь закрепить свое право. Лучше расслабься, а то будет слишком больно. ... – Так нравится мучить людей? – она нашла в себе силы остановить поток слез. Сосредоточиться на ненависти. – Нравится – только тебя.

Он всегда находил убедительный повод придраться к чему-нибудь несущественному, но я быстро поняла, в чём дело. В его ревности. Безраздельной жажде обладания мной. А ещё я поняла, что мне это нравится. Очень.

— Меня забавляют твои жалкие попытки выкрутиться. Думаешь, после того, что учудила я без вопросов выпущу тебя? Ксандер грозной тенью навис надо мной. — Видно, инстинкт самосохранения напрочь перестал у тебя работать, сладкая. — грубые пальцы ухватились за подбородок. — Ничего, после этого урока и ты раз и навсегда усвоишь, что тебе позволено, а что нет.

Забавно получалось – Райна пыталась возразить, но как только Ксандр надавил, стала совсем шёлковая. Будто никогда не была против. Будто ей нравилось.

Избавившись от контрабанды, Райна знала, что рано или поздно ей придётся за это заплатить. Только вот что она могла предложить человеку, у которого и так было всё?