Всё, что у меня есть — теперь твое. Используй. Я отдаю это добровольно.

Два гения хаоса, чей креатив пахнет энергетиками и отчаянием, получают вызов: снять крутейшую визитку для Red Bull Racing. Их опыт — съемки истеричных рокеров. Их задача — показать душу гоночного болида. Их главная проблема — пилот Макс Ферстаппен, который смотрит на них как на сбой в телеметрии. В их арсенале: тонны кофеина, кислотные шорты, GoPro на особом клее и святая вера, что ирония спасёт их от нервного срыва. Потому что если клип не взорвёт интернет — взорвутся они. В прямом эфире.

Проигрыш на трассе — победа в постели. Таково новое правило пилотов Макларен. После неудачной гонки проигравший получает в награду ночь со своим напарником. Никаких чувств. Раньше это был сборник драбблов о том, как «Papaya Rules» получили очень горячее обновление. Но, кажется, что-то пошло не так. Главы пишутся по горячим следам неудач папайя бойс. Чем больше драмы на треке, тем больше глав в сборнике! 30.01.2026 работа официально завершена. продолжение? будет, но в другом виде.

Оскар не ненавидит Ландо. Не совсем. Ненавидит, что Ландо так и не извинился за ту гонку. Ненавидит пустой дух товарищества и то, что McLaren считает их лучшими друзьями. Ненавидит флирт. Безрассудное вождение. То, как Ландо загорается для незнакомцев, но при этом замыкается в себе. Больше всего ненавидит, что это не просто ненависть. Где-то между этими словами Оскар понимает то, о чем все остальные уже подозревают: они уже давно ходят вокруг да около. /полное описание в шапке

Оказывается, в контракте есть пункт о «недопустимом поведении»! И откуда Оскару было знать, что секс с напарником – недопустимое поведение? Лично для него это вполне допустимо. Может в душе он и был согласен со всеми этими итальянскими криками, клялся и божился, что больше не пойдет на поводу у этой пубертатной катастрофы, но когда заведенный Ландо Норрис говорит тебе снимать штаны – ты снимаешь штаны. Даже если ты уже без них. Господи, дай терпения. И сил. Или хотя бы не попасться еще раз.

«Забери свою блядь, а то она от моей бляди не отлипает». Одно сообщение с фотографией — и мир Оскара Пиастри рушится. Пока его напарник празднует чемпионство в объятиях другого, Оскару предстоит сделать выбор: захлопнуть дверь в прошлое навсегда или ворваться в эту пьяную, отчаянную ночь и забрать то, что он три года боялся назвать своим. Но что, если за этой дверью — лишь боль и осколки разбитых надежд?

Любить напарника — всё равно что держать гранату с выдернутой чекой. Ландо знает: она рванёт. Но разжать пальцы не может. Правила запрещают чувства к Оскару, видящему лишь трассу. Ландо пытался держать дистанцию, но он так плох в том, чтобы отказываться от того, чего действительно хочет. Стирается грань между дружбой и чем-то большим. Выбор: рискнуть всем или похоронить чувства, сохранив команду и того, кто дорог больше всего. История о море, мелочах, надежде и боли. И, конечно, о любви.

— Первый вопрос: это серьёзный брак? Есть ли у вас с Максом реальное желание поддерживать брачные отношения? — Нет. — Тогда зачем вы поженились? — Думаю, в Вегасе часто такое случается. __________ ИЛИ: AU, в котором Макс и Джордж по пьяни поженились в Вегасе, забыли об этом, и в один прекрасный день про это узнали СМИ. Сохранят ли эти двое брак? Оставайтесь с нами.

— Макс тебя соблазнил? — недоверчиво смеётся Алекс. — Верится с трудом. — Но так и было. А теперь я, кажется, влюбляюсь в него. И это ужасно. Алекс, помоги, — стонет Джордж, откидываясь назад и раскинув руки и ноги. Это немного по-детски, но ему позволено драматизировать ситуацию — он влюбляется в своего соперника.

Ландо наткнулся на статью, утверждающую, что секс перед гонкой повышает производительность, — и, во имя науки (и, возможно, отчаяния), втянул Оскара в эту затею. Это сработало. Слишком хорошо. То, что начинается как предгоночный ритуал, превращается в то, в чём они не могут перестать нуждаться, даже когда шлемы сняты, и начинают закрадываться чувства. Они выигрывают гонки, бьют рекорды и, возможно, ломают друг друга в процессе.

Ландо Норрис поскальзывается на шампанском на подиуме и врезается губами в своего соперника/напарника, Оскара Пиастри, на глазах у всего мира. PR-команда McLaren решает, что единственный способ всё исправить — заставить их притвориться парой. Всё это было задумано как контроль над ущербом. Но превратилось во нечто совершенно иное.

Его вселенная раскололась в тот миг, когда врачи развели руками. Опухоль забрала её медленно и безжалостно, оставив ему на руки не только горе, с которым он не знал, что делать, но и их маленькую дочь, смотрящую на мир большими, непонимающими глазами. Он боялся, что его мир, и так потерявший опору, рухнет окончательно, если он признается себе, что его вечный соперник, возможно, единственный, кто понимает его скорость и его тишину, становится тем, кто медленно и верно собирет его осколки.

Джордж встречает Макса на краю гоночной трассы под проливным дождем. Им по тринадцать, и Джордж чувствует странное шевеление где-то глубоко в животе. Это тихое, спокойное осознание того, что Макс станет тем человеком, от которого он никогда не сможет просто так отмахнуться.