— Это было что-то из мифов? — поднял бровь юный экзорцист, но почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Нет, — широко улыбнулся Син Цю. Он наклонился к уху Чун Юня и ласково, дразняще прошептал: — Это был эротический роман.

– Каждый день одно и то же. Поручения, повторяющиеся из раза в раз, они настолько рутинны, что иногда я теряю счет дней. Я просто прихожу, сажусь на стул и... все? Ну, ты знаешь. Духи ведь сами уходят, стоит мне только появиться, – Чун Юнь приподнялся с крыши и сел, положив руки к себе на колени, принимаясь их мять от неуверенности. – Я ведь все еще мечтаю увидеть духа и изгнать его своими силами. Все мои тренировки когда-нибудь дадут плоды, я уверен... Но я так устал ждать...

Син Цю слишком поздно осознает последствия толчка в воду.

В жаркий летний день Син Цю и Чун Юнь делят мороженое.

Чун Юнь — магнит для любовных писем, и Син Цю не понимает, почему он не ответил ни на одно из них.

— Ты опять это делаешь, — спокойный голос Чун Юня прерывает беспорядочный поток мыслей. На его губах играет легкая, озорная улыбка и Син Цю, в растерянности, открывает и закрывает рот, словно выброшенная на берег рыба, не зная, как воспринять слова друга. — Д-делаю что? — он выдавливает из себя, пытаясь звучать как можно более невозмутимо. Чун Юнь упирается лбом в его собственный, слегка ослабляет хватку на его тонких запястьях. — Пялишься на меня. Ну, точнее, на мои губы.

-почему я не успел…- повторял сам себе в пустоту Чун Юнь, лёжа на кровати и пялясь на свои руки,- почему я не успел спрятать руки?..

Находясь в постоянном отчаянии от того, что у него не осталось никого кроме старой игрушки, подаренной ему тетей, Чунь Юнь решается на отчаянный шаг. Жажда встречи с любимыми стала чуть сильней и обрекла несчастного на смерть.

Учусь писать стекло 2.0 (Не судите строго, пожалуйста.)

Сегодня был важный день, его друг давно ждал его, и он не хотел заставлять ждать его еще дольше.

- Знаешь, Юнь-Юнь, - пробормотал Син Цю, отдаляясь от друга и облизывая губы, - а ведь проблема и правда была в том, что ты влюбился.

Смесь из лепестков и крови снова и снова выходит из экзорциста, заставляя сжаться. Ничего не остаётся, как просто тихо умирать, страдая от своих чувств.

Чун Юнь, ты так старательно огораживаешь себя от любого тепла, горячая еда и напитки под запретом, ты даже солнцу не позволяешь коснуться себя, но что на счет простых человеческих чувств?