Чонгук никогда не щадил нищеброда Ким Тэхёна и никогда не упускал возможности почесать об него кулаки. Но что если однажды ему придется самому прочувствовать буквально все, что ощущает Тэхён?

— Ты хочешь сказать, — влез Хосок, — что вот он, — и указал обеими руками на Чонгука, — тот самый «зайчик»?

Он вполуха слышал разговоры ребят: то, как они искали сайт знакомств, потому что никто из них раньше не пользовался чем-то подобным; как спорили, регистрировать ли Чонгука под настоящим именем или выдумать что-то забавное; как матерился Хосок, кажется, уронив свое пиво и залив кому-то штаны, и как истерически ржал над ними всеми Сокджин. Перед тем, как окончательно провалиться в сон, Чонгук успел услышать вопрошающий возглас Чимина: — А что такое сабмиссив?..

Курящий Тэхён и минет от Чонгука... Или история о том, что именно сказал Тэхён Оливии на премии.

На самом деле, Тэхён не был уверен, что так вообще бывает — ему никогда не приходилось слышать про невзаимную истинность. Но кто его знает… Может, и здесь дело в его особенности? Как бы то ни было, его волк скулил внутри него, скребся когтями по сердцу, требуя быть рядом с Чонгуком. Но все, что оставалось Тэхёну, это молча скулить вместе с ним, стараясь урвать за оставшееся время как можно больше. Пускай и в роли личной шлюхи вожака.

Чон Чонгук искренне ненавидит ведьму Ким Тэхёна и всеми силами демонстрирует это. А Тэхён терпит. До определенного момента... Почему не стоит злить ведьму, или история о том, как Чонгук то и дело кончал в штаны.

Чон Чонгук - звезда школы и типичный плохой парень. Ким Тэхён - упертый заучка, которого часто бьют из-за его непростого характера. Двое подростков из разных миров; казалось бы, между ними не может быть ничего, но... Однажды Чонгук просит о помощи, а Тэхён соглашается...

После сообщения Чонгука «Сегодня вечером, Ким Тэхён, тебе пиздец», он резонно предположил, что они будут ждать его дома. И Чонгук, и пиздец. Или история о том, как расплачивался Тэхён за свой кутёж в Париже.

у беременных свои причуды.

— хорошо сосёшь, ким тэхён, — возбуждённо выдыхает чонгук, отпустив пухлые губы, пульсирующие горячей тянущей болью. — я и трахаю не хуже, барби.

— я думал, что ты альфа… — омега задыхается, прижимаясь грудью к чужой, обнажённой, и взволнованно ёрзает, оставляя на напряжённом тэхёне густые дорожки собственной смазки. — но, боги, это даже лучше, чем я мог себе вообразить…

— может, тогда выберешь мне шлюху похожую на тебя, гук-а? — говорит омега шёпотом, от которого у чонгука по спине снова бегут колючие мурашки. подтекст этого вопроса отчего-то слишком сильно шокирует и волнует его, вынуждая чувствовать себя явно незащищённым и уязвимым, будто его босс в открытую заявляет на него свои права. — я устал трахать их всех сзади и представлять под собой тебя.

юнги (8:44 pm): только попробуй снова залезть к этой нимфоманке в трусы, жертвы пубертата. я сломаю твою дебильную доску об твой довольный ебальник. вы реально заебали трахаться, имейте совесть, я живу с вами на одном этаже.

а чонгуку всего лишь хочется закутаться в запах своего альфы с головой, напялить на себя всю его одежду или, ещё лучше, перетащить все тряпки тэхёна на постель и утонуть уже в них.

Чонгук выжидает новенького, зажимая того в коридоре с угрозами, что геям тут не место. А Тэхен с кинком на удушье просит сжать его горло сильнее и не боится отвечать парню.

тэхён всё ещё похотливый, а отец чонгука всё ещё хуй согласен с этим мириться. продолжение к «беги, папочка».

отец шестнадцатилетнего чонгука — генерал минобороны, но похотливого тэхёна это никак не останавливает.

Здравствуйте, доктор. Скучали? Я – немного. Вы начинаете мне нравиться. Потому что старый и скоро умрёте. Поясните за навязчивые мысли, а? Это лечится? Вы же этот… мозгоё… то есть мозгоправ. Вы должны знать точно! Раньше у меня такое только в отходняках было, а теперь и на сухую. Началось три дня назад, и всё то время они (мысли) протирают мой мозг на мелкой тёрке… А запой считается терапией? Нет? Жаль, потому что я уже в говно

— Так… почему Винсент? — негромко спрашивает он, но в ответ получает негромкий храп. — Блять, — вздыхает Чонгук, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза.

– Так, вы хотите трахнуть меня? – Чонгук сглотнул, его потные ладони вцепились друг в друга в поисках опоры. Тэхён усмехнулся, его глаза горели нескрываемым озорством, когда он пропел своим невозможно глубоким голосом: – Нет, сладкий, я хочу, чтобы ты трахнул меня.