Чтобы не вырубиться под мерное покачивание вагона, Хёнджин нашёл отвлекающее ото сна занятие — искать в надписи «Не прислоняться» все возможные варианты слов. Используя одну букву несколько раз, можно было прочесть — «истинность», о которой старались не упоминать. Считалось, что это дедушкины сказки.

Феликс курил Космос, трепал пятернёй свежевыжженный перекисью маллет и то заправлял, то выправлял из штанов чёрно-белую тельняшку. Его магнитола “Весна” стояла на этой же облупившейся лавке и показывала улице КИНО по радио. А я смотрел с высоты этажей, ещё подпевал из полной воздуха груди, но уже чувствовал, как хочется бессильно упасть. Опалённым своею звездой по имени Солнце.

После столь ужасного изгнания Феликса из банды Космоса за то, что тот все эти годы лишь притворялся альфой, парню тяжело найти место в озлобленном и грязном обществе, где омег принижают так, что любая дворовая собака в этой иерархии будет стоять в разы выше их. Однако судьба-злодейка вынуждает его вернуться в тот злосчастный район, и ему хочется надеяться, что встреча с Космосом не оставит на его лице раскрас, соответствующий кличке главаря преступного района.

Феликс просто заинтересовался крутым байком, а после этого его жизнь изменилась до неузнаваемости буквально за один день. А ведь он просто хотел написать хороший фанфик.

— Срака, — наконец разрывает повисшую неловкость один из парней, выуживает из кармана косарь и протягивает Джисону. Феликс оторопело наблюдает, как подобное действие повторяют ещё несколько человек, и медленно осознаёт, на что они спорили. Приятным моментом оказывается то, что Сони, по-видимому, всё-таки верил в Ликса до последнего и теперь пожинает плоды из шуршащих купюр.

Феликс и Ëнбок — петербургские аристократы. Ëнбока с детства готовили к свадьбе с советником императора. Феликсу придëться заменить брата. Останется ли он свободным или станет заложником судьбы?

Каждому суждено совершать ошибки. Только для одних они останутся незначительными, а для других — изменят всю жизнь. Так и Хёнджин до последнего считал Феликса своей ошибкой, перевернувшей все его внутренности с ног на голову.

О том, как гопник Хёнджин полюбил классическое звучание каверов на группу Stray Kids, в исполнении одного юного скрипача.

— Это кто тебя так разъебашил? — Ликс спрашивает так, будто бы сейчас пойдёт за брата морды бить. Хотя почему «будто»? Он такой, что пойдёт. И как в прошлый раз условкой не обойдётся.

Вторая проблема Хёнджина, но вовсе не по значению, — обострившееся обоняние. Оно выхватывает из хаоса стадионных запахов отчётливый, насыщенный аромат малины. Но доносится он ни справа, ни слева, ни даже откуда-то поблизости. Запах тянется снизу, прямо из подтрибунного помещения. Малина — терпкая, сочная и тягучая — зовёт. И Хёнджин безошибочно понимает, что источник её — омега с приближающейся течкой.

Ликс посмотрел на несчастную сирень. Фиолетовые цветочки, теперь навсегда лишенные возможности отцвести и опасть в свою пору, были такими же красивыми, как глуповатая улыбка Джина, осветившая его лицо в тот момент, когда он гордо презентовал лучшему другу свой необычный подарок. Разыскать среди россыпи соцветий заветный пятилистник не составило большого труда. Феликс не верил в приметы, но все равно сорвал крохотный цветок и потянул к губам, вдруг, сбудется?