Намемный убийца пишет отчеты о прогрессе того, как он пытается убить главу Цзян в начала Аннигиляции Солнца

Цзян Чэн изгоняет душу Вэй Усяня. Снова. Снова. И снова.

— Ну кто же так играет Расспрос? — Вэй Усянь садится на колени напротив Лань Ванцзи. — Лань Чжань, ты же сам знаешь, где ошибаешься, так?

Ладно. Хорошо. Лань Ванцзи сможет с этим справиться. Правда. Лань Ванцзи сможет с этим справиться. Нет. Не может: — Вэй Ин, почему на твоей ягодице набито мое имя?..

На Совет кланов по поводу тропы Цюнци попадает Цзян Чэн из будущего.

Дело в том, что у основной ветви рода Лань до сих пор нет наследников!.. Ни у одного из Двух Нефритов нет сыновей!.. Да даже дочерей у них нет!.. // или есть?

"Ах, — думает Сичэнь, бинтуя брата. — Вот почему Ванцзи так хотел защитить Вэй Усяня."

— Ну, — говорит Сюэ Ян, остановившись рядом со столом, — мы, вроде, не чужие люди? — У нас трое детей, — невозмутимо соглашается Сяо Синчэнь, не переставая нарезать картошку, — мы определенно не чужие люди. // драбблы

Вэнь Цин заметила одну закономерность: если в новом своем рождении она становится врачом, то рано или поздно на ее пути встречается Вэй Усянь.

Но как только Цзинь Гуаншань уладил вопрос о спорной территории между кланами Пинъян Яо и Байлин Оуян, в центр зала вдруг вышла старуха в старательно залатанных одеждах и с простой шпилькой в аккуратной прическе.

— Еще раз, — просит Вэй Усянь. — Пока я был мертв, вы двое... переспали.

Вэй Усянь воскресает. Снова. Снова. И снова. Начиная с четырех лет.

«Итак, — подумал болтающийся в пасти Черепахи-Губительницы Вэй Усянь, — я болтаюсь в пасти Черепахи-Губительницы. И я жив.» «Жив», — согласился Лань Ванцзи.

Во время обучения в Облачных Глубинах Цзян Чэн осознает одну страшную и неприглядную истину. И пытается спасти Вэй Усяня. Любой ценой.

Вэй Усянь с внезапной и пугающей его ясностью осознает, что за год с его воскрешения не учел одну крохотную и незначительную, вроде бы, деталь. Которая меняет всё.

...Когда Цзян Ваньинь проморгался, хищный сицилийский Моллюск уже оккупировал его кровную семью так плотно, что проблему оставалось только жечь, как Вэнь Жохань библиотеку ГуСу. (AU, в котором Пламя Посмертной Воли – это мутировавшая энергия ци, а почтенному дедушке Цзян Ваньиню остается только наблюдать, как его потомки радостно ввязываются в пламенную мафию)

После смерти Старейшина Илин пребывает во тьме, не имея ни сил, ни желания на перерождение. Компанию ему составляет Вэнь Чао.

- Глава ордена Не! - взмолился один из заклинателей, падая мужчине под ноги. - Прошу вас, повлияйте на своего брата. Он же всех вокруг переженит! Если Хуай Сан решал кого-то свести, остановить его было невозможно. Какой возраст - его не волновал ни пол, ни взаимоотношения между "счастливцами". Впрочем, ошибался тот редко, пары, образованные с его участием, были на диво гармоничные и счастливые. Не Мин Цзюэ с содроганием ждал того момента, когда брат решит осчастливить его самого.

Родители всегда готовы отдать ради своих чад все, до последней капли крови.

Илюзии очень тонкое искусство, бесполезное и абсолютно не развитое как говорят многие. Вот только, самая распространенная версия, не значит верная.