Чонин начинает плакать в толстовку. Ему не нужна их помощь, он не хочет иметь эту сраную омежью биологию и течку, и он совершенно не хочет заниматься сексом. Но они зайдут в комнату, и ему придётся, и Чонин не может дышать. С другого конца раздаётся щелчок, но он не до конца понимает, что происходит, пока в нос не ударяет их запах. Они в комнате.

Минхо - второй по старшинству участник Stray Kids. Как у хёна, у него есть свои обязанности. Он должен был быть сильным. Но когда череда событий оживляет в нём болезненные воспоминания о неприятном опыте, несколько его мемберов узнают правду, и Минхо находит в себе мужество рассказать об этом остальным.

Таинственная болезнь возникает из ниоткуда. Всё, чего хочет Чонин, — это справиться с ней самостоятельно и не заставлять других волноваться. Но всё идёт не по плану.

Что-то было не так с Чаном, но никто не знал, что именно.Он казался тише.Каким-то более усталым, чем обычно.Казалось, что он готовит их к чему-то - как будто знал, что что-то должно произойти, и старался, чтобы они были готовы. Чан знал, что это произойдет, уже много лет.Он не торопился приводить свои дела в порядок и постепенно готовил мальчиков к неизбежному.Когда на крыше он попытался принять дозировку, последнее, чего он ожидал, - это дожить до того момента, когда он снова откроет глаза

Чонину кажется, что он тонет в мыслях и одиночестве. И что все это видят и просто не хотят его спасать

Он ведь знал. Знал, что нельзя этих идиотов оставлять одних. Но понадеялся, что они уже большие мальчики и что прошлый год их хоть чему-то научил. Зря, блин, надеялся. Ну что ж... Он достал ритуальный нож. Предплечье обожгло знакомой болью. Жил он раньше без коротких рукавов - и дальше прекрасно проживет.

Врачи говорят, что остается только молиться. Но они будут не только молиться. Они сделают все, что нужно. Перевернут небо и землю. Пройдут по изнанке мира. Но они вернут того, кого потеряли.

— Эмм… Феликс, — негромко окликнул колдуна Минхо. — Я тут одну очень странную ауру заметил. С не менее странной туснёй вокруг нее. — Так это же Ёсан из Ateez, — пожал плечами Феликс. — Он же у них медиум.

Хенджин не может не испытывать раздражение из-за проницательности Сынмина. Может быть, это потому, что он так старается скрыть правду, а Сынмин заставляет его чувствовать, что все напрасно, или, может быть, это потому, что он чувствует себя пойманным, но Хенджин делает то, чего никогда не делал раньше — он огрызается на своего донсэна.

Фотосессия продолжилась. И Минхо знал, что проебался, когда почти врезался в Чонина, обнимавшего Хёнджина и бормотавшего: «С Минхо что-то не так». Минхо простонал себе под нос, смотря в землю. «Что ты имеешь в виду?» «Хён, у него синяки. Не знаю. Он сказал, это грим, но выражения его лица, когда я надавил... это не грим». «Нам нужно сказать Чану». Теперь Минхо закусил щёку и заставил себя уйти. Это было странно. Вдруг его самые близкие мемберы, его семья словно была против него.

На часах одиннадцать сорок пять, середина ноября. Он выдыхает и всё же переспрашивает: — Это 911, вы знаете, что звоните на линию экстренной помощи?

Щенок – так называют детенышей различных животных. Этот термин подходит и к форме летучей мыши Чонина, и к новому месту в стае оборотней. Юный вампир Ян Чонин, спасаясь от охотников, уничтоживших его ковен, натыкается на волчью стаю, которая принимает его с распростертыми объятиями. Но они убеждены в том, что он перевертыш, а не вампир – один из их естественных врагов. Что произойдет, когда раскроется правда о личности Чонина?

— ... этого Феликс слабо старается и тормозит нас - Доносятся слова Хана, заставляя обсуждаемого полностью замереть. Тело в ту же секунду оцепенело, будто в жилах застыла кровь. Сердце сжалось до болезненного комка, каждый его стук отдавался в ушах, а грудь словно стянуло железными обручами. Дышать стало тяжело, как под водой. Феликс вжимался в холодную стену. Он слышал их ясно, слышал всё. И теперь каждое слово прожигало изнутри: он мешает им, он их проблема.

- Ла-ла-ла-лалала, - тянет Чонин, сидя на заднем сидении машины со связанными руками за спиной. - Ты поешь? - нервно ругается похититель. - Нет, - усмехается Чонин. - Я подпеваю. Или же: их было восемь. Восемь выходцев из одного детского дома, который сплотил их и сделал близкими людьми. И Чан перегрызет глотку любого, кто посмеет тронуть его семью. Обязательно к прослушиванию песня, которая передаёт идею работы.

Ты бы уже напоил ею весь мир Милый, но в жизни есть не только боль, Сможешь засиять ещё ярче звезды.

Сынмин проглотил подступившую к горлу желчь, не потрудившись проверить, как он выглядит в зеркале, прежде чем выйти из комнаты. Он верил, что стилисты приведут его в порядок, поэтому не видел смысла что-то поправлять. В любом случае, он не хотел видеть себя сейчас. *** Сотрудник называет Сынмина шлюхой, и он погружается в пучину ненависти к себе, что в конечном итоге приводит к его падению. Но это ничего, ведь его товарищи готовы помочь ему.

Казалось бы, Бетам в современном обществе вообще не приходится сталкиваться с какими-либо проблемами. Они легко сливаются с толпой, и никто лишний раз их не беспокоит. А всё потому, что их считают людьми, у которых всё под контролем. Теми, кто умеет сдерживать свои эмоции. Но порой, когда живешь в стае, эта выдержка постепенно дает трещину. И Сынмин начинает медленно осознавать, в чем именно заключается его проблема.

Он сбежал от своей стаи, чтобы выжить. Он доверил себя чужой — чтобы впервые почувствовать, что значит жить.

Формально Чонин не состоит в стае, однако он всегда может прийти в этот дом и попросить о любой услуге. И стая ему никогда ни в чем не откажет.

Джисон всегда старался бороться со своими страхами: когда один, а когда вместе с близкими. Сегодня проходят игры на ISAC. Всё идет хорошо, пока мозг на секунду не замечает кажется сотни глаз, что смотрят на него.