Ли Минхо наконец-то поступил в СНУ и уехал жить в общежитии, но его сосед окозался странным человеком. Этот Ким Сынмин.. холодный, отстранённый, не любящий людей, зацепил его. И тут он задумался.. Правда ли он гетеро?

До чего докатился Ким Сынмин? Его собственный четырехлетний сын пытается наладить его личную жизнь...

— Тебе не обязательно уходить, — выдыхает он прямо в губы Сынмина, все еще крепко прижимая его к своему телу. — Я не хочу забирать у тебя все твое свободное время, — голос его начинает дрожать, когда рука Минхо скользит под рубашку, пальцами рисуя узоры на пояснице. — Сынмин. Ты никогда не забирал у меня ничего, чего бы я не хотел тебе дать. Я хочу, чтобы ты остался. Но он этого не делает.

Давным-давно упала звезда. Она была одинока и напугана в новом мире. Пока не встретила юношу. Он был добр к ней и показал ей, что значит быть человеком. Он научил её, что такое любовь. И от этой любви родился сын.

— Верни снитч, Ли, — раздраженно нахмурившись, потребовал Сынмин и шагнул вперед, сокращая расстояние между ними до жалких миллиметров. — Так не интересно, — хитро ухмыляясь, протянул Минхо, беспечно качая ногами и крутя в руках снитч. — Что тебе надо? — тяжело вздохнул Сынмин, закатывая глаза. — Поцелуй меня, — зажав снитч в кулаке и наклонившись вперед, тут же предложил Минхо.

Выручай-комната всегда являет просящему то, в чём он более всего нуждается. Тогда какого чёрта здесь делает кот Ли Минхо?

Сидя в машине по дороге в аэропорт, Минхо долго смотрел в экран, прежде чем написал: — Спасибо за то, что приютил меня этой ночью. Будет лучше, если мы оба просто забудем то, что произошло. Увидимся на съёмках. Отправить. Ответ пришёл спустя несколько минут: — Ты правда этого хочешь? или AU, в котором Минхо, привыкший прятаться за образом идеальной модели, после случайной ночи в Лондоне впервые сталкивается с тем, что пугает сильнее всего — настоящими чувствами.

Не расстаю. А если и расстаю, то никому об этом не скажу. Но будут знаки.

Они не говорили о любви. Они просто любили. А другие замечали.

Некоторые раны не видно. Некоторые зелья варятся слишком долго. И всё равно — кто-то должен остаться рядом.

- Поговорим? - О чем? - О нас. - Нет никаких "нас"

Сынмин ненавидит холод, Сынмин ненавидит Минхо. Сынмин ненавидит футбол. Сынмин ненавидит себя. Себя за то, что не может сказать о том, что он устал от этого. От поведения Минхо. За то, что не может уйти с ненасытного спорта. За то, что убивает самого себя. — Надеюсь, ты постараешься лучше перед матчем. — Надеюсь, к этому времени ты заметишь другие мои стороны. Желательно положительные.

Больнее стало, когда Сынмина осенило, что он влюбился. Он влюбился в грёбанного Ли Минхо, который, кажется, теперь ненавидел его.

За лобовым стеклом яркие огненные всполохи апрельского заката — умиротворяющего и спокойного, словно это какая-то насмешка природы. Может, так и есть… Мир избавился от лишних людей и может выдохнуть. Беспокойный мозг Минхо всё ещё не может принять происходящее и ищет какие-то причины, которые могли бы объяснить исчезновение всех людей вокруг. А что если он и правда остался один в целом мире?

И когда Ли встаёт прямо над кроватью, смеряя его оценивающим взглядом, Сынмин чувствует, что уже течёт. Минхо смотрит на него из-под чёлки, подняв голову - обозначивая роли.

В этом жестоком мире жестокие хотят власти. Но у власти есть цена. Цена, которую жестокие не желают платить. Поэтому бремя возлагается на нежелающих.

— Так ты все-таки умеешь пользоваться пистолетом, - смеется Минхо, хотя смех практически не слышно из-за заставляющих уши кровоточить выстрелов. — А ты все-таки не мертв, я думал мы выяснили это пару недель назад, - отвечает Сынмин, простреливая кому-то коленку. И то, как они стоят, прислонившись к друг другу спинами и расставив руки с пистолетами, совершенно не практично, но чертовски эффектно, будто попали в американский боевик. Вот бы кто ещё сфоткал и выложил в инстаграм.

"— Опять сказка про Пирата и его Луну! Ты знаешь ее наизусть! — Я женюсь на Пирате!" Минхо и Чан просто хотели украсть принца и обчистить сокровищницу королевства, а теперь один должен завоевать любовь строптивого упрямца, а второй спасти корабль от разрушения и хаоса. Сынмин и Хенджин с детства тяготели к приключениям и легендам, а теперь один пытается получить таинственную жемчужину, а второй сердце капитана.

Ким Сынмин изо всех сил пытается устроиться в жизни, когда на пороге его дома появляется хорошенький незнакомец, выглядящий так, словно только что вышел из дорамы «Алые сердца: Корё». С детёнышем дракона на руках. – У тебя есть одеяло? – спрашивает незнакомец. – Э... – Сынмин запинается, не ожидая столь странной просьбы. – Что? – Одеяло, - повторяет незнакомец, и на его лице проступает раздражение. – Для детёныша дракона?

Минхо даже не дёрнулся. — Штраф за превышение — 60 тысяч вон. Я начну оформление. — Отпустите меня, пожалуйста, — Сынмин склонил голову, голос стал мягким, почти шёпотом. — Честное слово, больше не буду. Ли изогнул бровь. — Просто… меня заводят мужчины в форме. Я могу не удержаться, — ухмылка не уходила с лица Сынмина. Пауза. Минхо медленно поднял взгляд, впервые посмотрев ему прямо в глаза. — Вы употребляли алкоголь? — холодно спросил офицер.