В серии «Меняющие правила игры» Шейн нередко едва не выдает свой секрет, но, к счастью, люди в его окружении совершенно ничего не подозревают/покупаются на соперничество Холлановых.

Что, если Илья никогда не уезжал в НХЛ и остался в КХЛ, а Шейн прилетел бы играть в Россию? Это история о столкновении двух характеров, двух способов выживать в хоккее и за пределами льда. О притяжении, которое возникает не вовремя и не к месту. О доверии, за которое приходится платить. И о дороге к Кубку Гагарина, где цена ошибки — слишком высокая, чтобы позволить себе слабость.

Это вторая часть Тихой битвы! Первая часть в примечаниях, читаем по хронологии! Тихая битва позади, но выживание не стало спасением. Илья вернулся на лед, но тело отказывается прощать перенесенную боль. Шейн задыхается в капкане из страха и теней прошлого. Теперь их война — это жизнь в хрупком затишье ремиссии. Среди обостренной нежности, скрытой злости и шрамов им нужно заново учиться дышать. Битва стала тише, но ее оглушительное эхо способно разрушить всё.

Илья начинает принимать антидепрессанты и понимает, что они рушат его сексуальную жизнь. Но он совершенно спокойно относится к этому (почти).

– И ты уверен, что с тобой всё в порядке? – внезапно говорит Дэвид. – Ты не… ты нормально себя чувствуешь? Ты не болен? У Шейна нет никаких причин думать, что ты болен? – Я в порядке. Абсолютно в порядке. Даже лучше, чем в порядке, если честно, до сегодняшнего дня. – Просто… Шейн ведет себя так, будто ты умираешь, Илья. – Насколько мне известно, нет, – говорит Илья. – И я не думаю, что он узнал бы об этом раньше меня.

— Что, Холландер слишком боится встретиться со мной лицом к лицу? — выплёвывает Илья, потому что если он не скажет вслух то, что мучает его уже две недели, он сойдет с ума. И тут Хейден Пайк поднимает лицо. Бледное, как полотно, глаза красные и опухшие, словно он плакал весь день, с темными кругами под ними. Лицо человека, который скорбит. Илья чувствует, что лёд вот-вот треснет у него под ногами. Или: Шейна похищают. Детективы Пайк и Розанов зарывают топор войны и берутся за дело.

омега — шейн холландер — долгие годы скрывает свою истинную суть, боясь быть задавленным альфа-игроками и хоккейной ассоциацией из-за своей истинной сути. всё идёт хорошо, пока в его жизнь не влазит русский хоккеист, пахнущий металлом, бурбоном и кедром.

Холландер как соперник всегда был сосредоточенным, точным и настоящим кошмаром для защитников — таким игроком, против которого не хочется выходить на лед. Холландер как товарищ по команде… что ж, он все так же сосредоточен и точен, и относится с предельной серьезностью к каждой тренировке, каждому занятию в зале и разбору видео — до такой степени, что это даже немного пугает. Холландер после пяти кружек пива и чалуп — что-то новенькое. ИЛИ Кентавры знакомятся с Шейном Холландером.

Шейн получил травму, и Илья не мог быть рядом с ним. Никто не знал, что он переживает, что его парень в больнице, даже родители Шейна. [Юна Холландер просто хотела забрать кое-какие вещи Шейна из его квартиры, пока тот был в больнице. Она не подозревала, что станет свидетелем вторжения в дом, и что преступником будет Илья Розанов.]

Шейн не особо переживает, что его выберут жертвой в Комнату победителей после их поражения в матче с Бостоном. Новички неприкосновенны. По крайней мере, так гласят неписаные правила. Но разве Илья Розанов когда-нибудь играл по правилам?

ESPN: Шейн Холландер переходит в "Кентавры" Оттавы после скандального завершения карьеры в Монреаль "Метрос". @CentaursGirlie1995: конечно мне очень жаль Шейна, но то, что моя прекрасная команда-неудачница заполучила двух лучших игроков из-за гомофобии — это, пожалуй, единственная хорошая вещь, которую гомофобия когда-либо сделала. [Первый сезон Шейна в "Кентаврах", рассказанный всеми остальными в мире.]

После самого тяжёлого сезона в карьере Илья уезжает с Шейном в коттедж — за тишиной и восстановлением. Он измотан последними играми и хочет спокойствия. Но усталость не уходит, а тело, всегда выдерживавшее боль, начинает подводить. Тревога растёт, и их хрупкая, выстроенная жизнь трещит по швам. Когда обстоятельства рушат их лето ещё до того, как появляются ответы, любовь перестаёт быть тем, что можно тихо оберегать. Она становится тем, за что приходится бороться.

Джеки и Хейден решают взяться за личную жизнь Шейна и свести его с подругой Джеки. Но у Шейна и Ильи совсем другие планы на этот вечер. Итог: ревнующий друг, растерянная гостья и один русский, который подозрительно хорошо ладит с детьми.

Остались ли вообще причины завидовать Илье Розанову? Когда его семейную жизнь в Оттаве называют скукотищей, Розанов отвечает списком вещей, за которые ему точно стоит завидовать. Причина #6 вас шокирует! (Вовсе нет)

И Шейн заходит в раздевалку Вояджеров. — Шейн? Что происходит? — Я просто хотел понять, хочет ли кто-нибудь поговорить, — отвечает Шейн. — Сегодня на льду было слишком тихо. Я думал, у вас найдётся, что мне сказать. Учитывая всё. Скажите это мне в лицо, блять. А не за спиной. Или: Шейну нужно расставить точки над и с Монреаль Вояджерами. События происходят после шестой книги «Долгая игра».

Шейн не ожидал, что встретится со своей бывшей командой в матче так скоро. Но когда комиссариат НХЛ предлагает поставить сразу две товарищеские игры Оттавы против Монреаля с разницей в одну неделю, он понимает, что что-то точно произойдет. И, как обычно и бывает с ним и Ильей, произошло.

Одна семейная ссора может разрушить даже самые крепкие связи. Годы спустя судьба снова сталкивает Илью Розанова с племянницей, которую он когда-то потерял. Только вот девочка, которую он помнил, исчезла - перед ним человек, привыкший выживать. И между ними слишком много того, о чём ни один из них не говорил вслух.

Телефон Дэвида Холландера взламывают, и в сеть утекает примерно 5000 фотографий видео и фото с милыми Шейном и Ильей (как вместе, так и поодиночке).

И тут Илью осенило. В конце концов, он был человеком великих идей. — М-м, что скажешь, если я научу тебя верховой езде? Шейн даже не оторвал глаз от телевизора — там показывали матч «Монреаля» против «Бостона» — когда ответил: — Так ты уже научил. Я отлично управляюсь с лошадью и... — Я немного другое имел в виду. Или: Илья учит Шейна верховой езде.

— Я не хочу заставлять тебя чувствовать себя неловко. Тем, как я говорю о нас с другими. Например, с журналистами. Или тем, как я веду себя с тобой на людях. — Ты думаешь, мне не нравится публичное проявление чувств. — В первый раз, когда я взял тебя за руку на людях, я подумал, что у тебя сейчас будет паническая атака, — признается Илья. [История первого сезона Шейна в "Кентаврах" в пяти случаях, когда Илья первым проявляет нежность на публике, и об одном, когда это делает Шейн]