Иногда с людьми случаются вещи, которые навсегда меняют их жизнь. С тобой случится этот Май.

Когда им было по пятнадцать, жизнь казалась лёгкой и беззаботной. Все не было таким запутанным, и, самое главное, в жизни было место для счастья.

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

Джисон просыпается, замечая Минхо в своих объятьях. Такие идеальные утра выдаются редко, а может всё дело в дожде.

На моей кухне Богиня заваривает кофе и стряхивает пепел в цветочные горшки. Ее нет. Меня нет. Никого в этом мире нет.

Ван Ибо работает в круглосуточном ларьке у дома, в который переезжает Сяо Чжань. А Сяо Чжаню очень понравился местный зелёный чай, атмосфера и работник, который курит сигареты с вишней.

Радости жизни в России можно было пересчитать по пальцам, но главное место в сердце Хёджина занял он. Вишнёвый гараж.

Время - не сплошная прямая. Оно замкнуто в круг и таких кругов превеликое множество. События повторяют друг друга. Как и люди снова возвращаются.

О корейской поэзии, маленьком книжном магазине, звучании Ареты Франклин на виниле и поиске себя между строчек, или «так обеденное солнце заливало высокие окна книжного, окрашивая волосы посетителя в цвет кофейной гущи, а симпатию Кристофера – в переливы вокала, золотую пыль и тепло на коже» /// AUискусства для тех, кто ищет абсолютной нежности и понимания

Если любовь Феликса в неуловимой, сияющей настойчивости, любовь Хёнджина — это размеренное пламя, которое всегда найдёт способ напомнить ему о его ценности, о том, что Феликсу совсем не обязательно самому быть огнём, когда он может попросить его им поделиться, о его сильной и чистой душе, что лежала за его нежным и солнечным обликом. Потому что Хёнджин видел это и убедился в том, что сам Феликс видит это, потому что Хёнджин действительно в это верил, так что Феликсу не оставалось другого выхода

Я стоял и смотрел. А там, вдалеке, у деревянного моста, посреди талого снега, хвои и влажной земли замер он или кто-то очень похожий.

Переживая личную трагедию, невероятно сложно увидеть картину происходящего целиком. Минхо понятия не имеет, в какой момент борьба с собственной судьбой превратилась в шестеренку безжалостного механизма судного дня, но чувствует — он, как и многие другие, лишь инструмент фатума, который пророчит неотвратимо грядущие кардинальные перемены.

отражение неба в глазах Феликса плыло разводами туч, сливалось в одну серую массу. а на дне зрачка танцевали призраки прошлого.

Минхо не знает, как чувствуют себя люди на собственной свадьбе, но он точно знает, как они себя чувствуют, когда сбегают с нее – просто потрясающе.

Джисон прокашлялся, почувствовав себя смущённым. И, что-то говоря себе под нос, уставился на бумажный стаканчик в своих руках. - Так, ты правда хороший и все такое, и твое какао потрясное, но вся эта история с губами... Я вижу, что ты пялишься, когда я говорю, и я просто хотел сказать что это типа некомф... - Э, прости, странный вопрос, но не мог бы ты взглянуть на меня? - вдруг спросил Минхо. - Мне нужно читать по твоим губам, иначе я не смогу понять, что ты говоришь.

Минхо сидит в тени раскидистой яблони. Жарко, ужасно жарко для августа. Даже деревенские собаки притихли и не брешут на прохожих. Оторваться от книги заставляет шелест и тихий мат возле забора, после которых чья-то наглая рука тянется за яблоком на самой нижней ветке. Минхо опускает книгу к себе на колени и смотрит на макушку, маячившую над покошенным забором. - Ты ничего не попутал? Щекастый парень от неожиданности уронил яблоко.

В тот вечер полы одеяния развевались на ветру. Трепетали, точно крылья летящей птицы. Но никакого полёта на самом деле не было. Только падение в чёрную бездну.

2ХХХ. люди ищут две вещи: способ выжить и способ жить вечно [звёздная au**¡** где феликс и хёнджин даже после смерти будут перерывать вселенную в поисках друг друга].

— Мы встретимся в день, когда на небе сойдутся все звёзды, что станут нашими проводниками. — Такое разве возможно? Скажи, разве такое когда-нибудь произойдёт снова? — Никогда нельзя исключить то, что можно допустить хотя бы на один процент, Луни. >AU, где Хёнджин и Феликс — стражники Солнца и Луны, влюблённые друг в друга, но разлучённые планетами и целыми столетиями.

О комфорте, поиске себя и абсолютной нежности в одном маленьком городке со страниц сказки, или «Джисон всегда был "странным": когда извинялся перед деревьями, наступая на их корни, когда говорил с цветами из сада его матери, когда на тривиальные вопросы отвечал что-то вовсе иное, обратное, инвертированное. "Странный – это не плохо, дорогой, – говорили ему в кругу семьи, – странный – незнакомый. Узнав человека ближе, больше не видишь в нём демона"»