Немыслимо – позволять рабу верховенствовать над императором, но Тэхён плевать хотел на все эти запреты, потому что сейчас, ощущая как его шею атакуют жёсткими поцелуями, а ягодицы мнут с диким остервенением, Ким понимает, что не променяет это чувство ни на что.

Скажи кто Чонгуку, что его так обычно начавшийся день кончится пальцами на раздвинутых ягодицах того, по кому член давил ширинку уже без малого месяц, он бы ни за что не поверил. Но вот он, Чон Чонгук, ударник популярной рок-группы, сейчас вылижет её нового гитариста так, что тот не захочет его отпускать после этого траха.

Иногда характер порно, которое ты так любишь смотреть, может значительно отличаться от того, чего ты хочешь на самом деле.

Образ того самого принца, который любит джаз и балладную музыку, длинные пальто, комфортные свитера и плёночные фотографии, не оставил ни шанса плюшевым сердцам девочек, которые любят умных, образованных и организованных, а не шебутных любителей погонять мяч и выпить пива. Одному из таких вот, последних, кстати, тоже ни хрена не оставил. И его гетеросексуальности, за которую тот так отчаянно держался всё это время, кажется, тоже.

Приблизительно на этом моменте Чон Чонгук, двадцать лет, стример, понял, что цена его гордости — два миллиона вон, а причина её тотальной потери — строчки на мониторе, которые обращены к нему с ощутимой ноткой игривости. «Проведи для меня личный стрим, малыш. Хочу услышать твои стоны», — предложил завсегдатай под ником TaeTae. Два ёбаных миллиона вон перевёл этот парень, чтобы увидеть его, сука, член. А Чон Чонгук, двадцать лет, стример, всё ещё полуголодный студент. Честный студент.

В их салоне эротического массажа всегда были два строгих правила: не заниматься сексом с клиентами и никогда, слышите, никогда не вступать с ними в отношения. Тэхён работает здесь едва что не с момента открытия, и у него никогда не было проблем с их соблюдением: лапать — пожалуйста, раздеться — раз плюнуть, у него всё равно никогда не вставал на этих похотливых упорных псевдоальфачей, которым, очевидно, не дают в повседневной жизни. Но только до одного случая.

В своём предтечном состоянии Юнги становится мягким и пушистым. И всегда требует одежду для своего гнезда. Но в этот раз Тэхён не хочет быть таким добрым, как обычно. Он хочет заставить хёна >выпрашивать

Заучка Тэхён никак не ожидал того, что плохой парень Чон Чонгук >именно так отреагирует на зашибенную новость о том, что они соулмейты.

Тэхён - тот, кого все обижают. >Ну, почти все.

Чонгук готов был заплатить любую цену за то, чтобы воплотить свою мечту и стать актером. Даже если этой ценой был Тэхен.

Важно не то, с чего их история началась (с ненависти, оскорблений и презрительных взглядов). Гораздо важнее то, чем она закончилась (любовью, любовью, любовью).

У Чонгука на носу выпускные экзамены, поступление в университет, пугающая неизвестность касательно всей будущей жизни в целом и полная комплектация загонов простого подростка. Ему бы думать об учёбе и подработке, чтобы показать себя родителям в качестве настоящего взрослого, и морально быть готовым к тому, что его никуда не возьмут, потому что такой шанс тоже есть. Но по неясной причине всё, что он может — это тайно рисовать нового учителя по литературе. По-другому почему-то не получается.

— Так… почему Винсент? — негромко спрашивает он, но в ответ получает негромкий храп. — Блять, — вздыхает Чонгук, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза.

Омегам на службе приходилось нелегко, но Чонгук со всем справлялся. Справлялся до тех пор, пока на горизонте не возник один весьма интересный объект, кому сначала хотелось щедро заехать по морде, чтобы стереть эту самодовольную ухмылку, а потом смело прокатиться на его члене, потому что горяч, сукин сын, что аж скулы сводит от желания.

Наш бразильский пляж и одурманивающая пина колада, что блестит на твоих губах, освещенных закатным солнцем Рио.

У Чонгука очень-очень интимная проблема, которую он никак не может решить. Все началось с заветного имени соулмейта, чьего появления он так долго ждал. Казалось бы, до чего прекрасное событие! Только вот имя почему-то появилось на его члене.

— Послушай сюда, мелкий засранец, — шипит Тэхён, прижав собеседника к стене аудитории и крепко сдавив его шею длинными пальцами, — если ты однажды увидел меня в чёртовом гей-клубе, это не даёт тебе права так себя вести. — Ещё как даёт, сонсэнним! — Чонгук сверкает глазами и нагло ухмыляется. — Вы отныне — мой самый любимый преподаватель, а с любимыми я веду себя именно так.

история о том, как с треском ломаются выдуманные стандарты.

Буря надвигается на Мондштадт, а Кэйа неожиданно возвращается.

Итэр не позволит засыпать Сяо в одиночестве, а тот постарается отплатить точно таким же теплом, если не больше.