- Привет, я Скай. Я немного застенчив, но буду непослушным, если ты поухаживаешь за мной.

Они оба любили соревноваться, поэтому, конечно, делали ставки на своём радиошоу. Очаровательные видео, на которых они поют или флиртуют, были ничем по сравнению с тем, чем они занимались на протяжении нескольких недель.

Желание, ещё не пробудившееся, уже отголосками расходится по телу.

Как только он переводит дыхание, он садится - и тут же фыркает при виде, который его встречает, поднимая руку, чтобы заглушить себя, когда начинает смеяться. Минхо отключился. Губы приоткрылись, лицо разгладилось. Заснул. Как и думал Сынмин.

Всё, что требуется для победы в пьяном конкурсе - назвать чужое имя, пока твои глаза завязаны, и Сынмин совершенно точно не знает человека перед собой, но, почему-то, не ошибается.

"Один классический круассан, капучино без сахара и твой номер телефона"

Сынмин нервничает. У него немного трясутся руки, а в голове бьется лишь одна мысль: «Я не могу кончить в прямом эфире перед аудиторией в семьсот тысяч человек».

— Обычно ты приходишь раньше. — Скрещенные руки на груди и отставленная правая нога говорили о серьезности намерений говорящего. — Ты же знаешь, что мне одиноко без тебя.

— Я думаю это не то, что мы заказывали. — пока Джи зависает, останавливает официанта Минхо, на что тот лишь усмехается. — Подумаешь, берите что дают. Мне вообще фиолетово, что вы там заказывали. — парень, на бейджике которого было написано "Сынмин", громко фыркает.

- Всё. С меня хватит, - Сынмин роняет ложку в остатки хлопьев, тянется через стол и выдёргивает горящую сигарету из губ Минхо, игнорируя протест старшего. - Либо ты прекращаешь курить в квартире в моём присутствии, либо я заставлю тебя это сделать. Минхо глядит на Сынмина с застывшей челюстью. Глаз дёргается, и, когда он протягивает руку, Сынмин ждёт ощущения боли от пощёчины, но Минхо лишь спокойно забирает сигарету, делает последнюю затяжку и тушит её о свой тост. - Ну так заставь меня.

Сынмин хочет быть честным, но здесь, в их маленькой, заключённой во мрак комнате общежития, ничто и никогда ещё не было сложнее, чем Минхо. (Или ему так только кажется.)

В глазок Сынмин не смотрит из принципа - и чтобы сразу выплеснуть всю злость за упавшую ложку -, так что открывает дверь сразу. Злость как рукой снимает, когда за дверью оказывается Минхо.

Сынмин пролистывает уведомления и видит десятки сообщений в разных социальных сетях от бывшего парня — Минхо пьян и творит глупости. Но кто говорил, что сам Ким Сынмин гений?

Сынмину требуется невообразимо много времени, чтобы понять, что бёдра Минхо чувствительны к прикосновениям.

Три раза Минхо чувствует угрозу в разнице размера их ладоней и один раз Сынмин видит его насквозь.

Минхо и Сынмин занимаются сексом перед зеркалом, потому что это Минхо и Сынмин, и им есть, что доказать друг другу.

Участок кожи покрыт шрамами, уже несколько раз вскрытыми и затянутыми заново после всех случаев, когда Сынмин подвёл Минхо. Память о них преследует Сынмина, но он не может вспомнить точную дату и причину каждого из них. Все эти рубцы из-за него. Все проступки, выгравированные на чужой коже, как исчисляемые метки, как указание на его недостатки. Однажды Сынмин станет таким хорошим принцем, так преуспеет в учёбе и этикете, что Минхо никогда больше не придётся страдать из-за него. Никогда.

— Хороший мальчик, — воркует Минхо. Сынмин чувствует, как что-то внутри сжимается и взрывается от похвалы хёна. — Открой.

костюм сидит идеально, а ресторан ждет гостей уже завтра. минхо вертел эту свадьбу на всех концах.

Теперь это стало рутиной. Чем-то, к чему все в стае более, чем привыкли, а также чем-то, к чему можно было бы подготовиться, когда сталкиваешься с подобным не в первый раз.