Они ведь напарники, им так положено.

Греческое χάος значит «пустота, пропасть, бездна». Оно от глагола χαίνω, что значит «зиять, быть широко раскрытым». И если первое целиком и полностью описывает Акутагаву, то второе теперь Ацуши мог присвоить себе по праву. Каждый человек же стремится к противоположному, и, на удивление, Акутагава не стал исключением.

> Но когда юноша вынес небольшую меловую доску, часто используемую для рекламы, и поставил перед входом, Ацуши невольно обратил внимание. И надпись была… интересной. Даже какой-то провокационной. > «Цветы завянут, а чай будет долго радовать не только ароматом, но и вкусом.» AU, в которой Ацуши, флорист, и Акутагава, хозяин чайной лавки, борются за внимание покупателей. По мнению Акутагавы. Ацуши же интересует немного другое внимание.

руки трясутся, он не может, не может сломаться вот так запросто. не сейчас, он еще не сказал ему самого главного. не сказал, что вместо "я тебя ненавижу" кроется "я люблю тебя".

Он — словно загнанная добыча в руках Ацуши.

И пускай за это Акутагава скидывает его с карусели, ничего, что сейчас они – на самой высокой точке.

Его оружием были безразличие и холод, а Ацуши не хотел защищаться.

До недавнего времени единственное, что спасало Лангу от угнетающей реальности — крепкий и беззаботный сон, но даже он жестоко нарушен. Каким-то гребаным парнем с рыжими волосами, которого он видит теперь каждую ночь. Тот что-то рассказывает Ланге о своём дне и неустанно говорит, как по часам, о том, какая красивая сегодня луна. Да красивая, черт возьми, только дай поспать.

Вокзалы и поезда — это календарный лист. Временами, срывая его, мы не только открываем новый день, но и швыряем в урну прошлое, скомканное поспешно после покупки билетов.

Главной причиной беспокойства и недосыпа Изуку был лист с контрольными заданиями (к слову, по английскому языку). Времени до конца урока оставалось в обрез, а он не решил и половины работы. Уже отчаявшись, Мидория подумывал о пересдаче контрольной, как вдруг позади раздался голос Бакуго.

Однажды, будучи в больнице после очередной бешеной гонки на заброшенных рудниках, Рэки встречает совершенно особенного парня; в светлой обстановке коридора тот похож на призрака: волосы необыкновенного белого оттенка, которые слишком похожи на снег, мраморно-белая кожа... и глаза. Уставшие голубые глаза оттенка зимнего неба над Аомори, куда Рэки однажды ездил с отцом. Скейтер говорит: «Привет! Я Рэки, а как зовут тебя?», и еще не знает, что этот юноша — Ланга — болен раком.

Ещё не готовый принять это, Дзёно спишет свою минутную слабость на действие медикаментов.

Иногда, чтобы выполнить детские клятвы, требуется немало времени.

Рампо нравятся сладости. Рампо нравятся запутанные дела. И – что уж скрывать – Рампо невероятно нравится нравиться. Любит Рампо – только себя.

Ацуши и Акутагава – люди с искалеченными судьбами и душами. Такие разные и в то же время одинаковые. Преследующие различные цели, но, на самом деле, жаждущие лишь одного – спасти себя. Быть может, единственные, кто может помочь друг другу.

Семь минут в Раю могут разбить влюблённое сердце. А могут и стать причиной его расцвета.

Девушки красиво одеты и накрашены, держатся за руки со своими парнями и о чём-то романтично щебечут, а Ланга и Рэки стоят в холле кинотеатра и не совсем понимают, как их перешутки-недофлирт пару дней назад привёл их к тому, что теперь они празднуют этот день вместе. Ну чисто как лучшие друзья, потому что почему бы и нет. Кян радостно улыбается, когда приходит через несколько минут к Ланге и машет перед лицом билетами: — Хух, прости, но других там не было. Остался ряд «для поцелуев».